Эбигейл Дин - Девушка А

— Как бы то ни было, если вы спрашиваете меня, я отвечу: я думаю, что она уважала вас больше всех.

— Правда? — произнесла я. — Не ожидала. Нет, правда, для меня это настоящий сюрприз.

Я заставила себя рассмеяться, хотя ничего смешного не видела. Больше всего мне хотелось ударить Билла.

— Мне кажется, она пыталась. На самом деле пыталась. Она говорила о той стипендии, на которую вы могли претендовать, когда учились в школе. Рассказывала, что не одну неделю пыталась достучаться до вашего отца, капала ему на мозги, как она это называла. Говорила, что ей приходилось хитрить, всегда приходилось хитрить.

Мы проехали мельницу и свернули обратно к городу.

— Уж что-что, а хитрить она умела, — сказала я. — Этого у нее было не отнять.

— Знаете, что она сказала, когда я предложил связаться с вами? Когда она уже умирала? Я предположил, что вы можете приехать, если я вам сообщу обо всем. А она ответила: «Нет, нет, Лекс для этого слишком умна».

Краска залила его шею и щеки до самых ушей, на меня он больше не смотрел.

Я старалась придумать, о чем бы таком приятном нам поговорить остаток пути. Мне представилось, как через несколько часов он придет домой, где в микроволновке уже разогревается его ужин. Вцепится в рубаху и брюки, стащит их с себя и успокоится — благоразумно, в одиночестве — в своей тихой спальне. «Стерва неблагодарная». Хотя так он вряд ли подумает.

Он не стал выходить из машины, чтобы попрощаться. Я выбралась и встала на тротуаре, глядя на него сквозь открытое окно. Я вся вспотела в рубашке и костюме и стояла, обняв себя за плечи — чтобы он не увидел пятна.

— Я очень ценю вашу помощь, Билл. Но впредь не смогу ее принимать.

Он не смотрел на меня, его глаза не отрывались от скучной дороги.

— Ваш отец, — вдруг произнес он. — Вы думали когда-нибудь, что он с ней делал?

— Знаете, я как-то и без этого всегда находила, о чем подумать.

Эви ждала меня в комнате над пабом, такая крошечная на фоне двух кроватей. Бледная, ссутулившаяся, она все же улыбнулась мне, когда я вошла.

— Расскажи мне. Расскажи мне все.

— Как ты себя чувствуешь?

— Да все пройдет скоро. Ну же, Лекс?

Пока я принимала душ, она сидела в углу ванной, уперевшись позвонками в радиатор. Я поведала ей весь свой день, начиная с туалетной кабинки, жестикулируя в струях воды и выныривая время от времени, чтобы увидеть выражение ее лица.

— Ты их сделала, — произнесла она.

— Абсолютно.

Я рассказала ей о Билле.

— Как Мать ухитрилась обаять его?

И, наконец, о доме — она промолчала в ответ.

— Мне нужно снова там побывать, — сказала Эви. — А ты? Что ты почувствовала?

— Ничего, — ответила я.

— Фирменный ответ Лекс: «Ничего».

— Ну я не знаю, что тут можно еще сказать, — дом и дом. Ну теперь-то ты можешь рассказать мне, как ты себя чувствуешь?

— Так себе.

— Аллергия на Холлоуфилд? — Я пошутила, но Эви задумалась всерьез.

— Не знаю. Это началось, когда мы приехали. Это что-то вроде страха, я думаю. Ужас.

— Мы можем уехать, завтра же. Пожить в Манчестере или вернуться в Лондон. Поищи гостиницу…

— Нет, Лекс, я устала. Давай завтра.

— Хорошо, давай завтра, но первым делом, прямо с утра.

Я сходила в бар за бутылкой вина, и мы распили ее, сидя на стульях около окна в нашей комнате, ожидая, когда начнется гроза. Со стороны верещатников дул ветер, напитанный влагой тех мест, откуда он прилетел. Небо приобрело цвет песка. Я укутала Эви покрывалом и положила ноги на подоконник. Люди на центральной улице выходили из магазинов и спешили к своим машинам. Славно было сидеть вот так — внутри, вдвоем, и день уже близится к концу.

— Я переживала за тебя, — сказала я.

— Я просто устала, — ответила Эви.

— Ты такая маленькая, тебе нужно побольше есть.

— Ш-ш-ш. Расскажи мне лучше сказку, как раньше.

— Однажды в темную ночь началась гроза…

Она засмеялась.

— Счастливую сказку.

— Счастливую? Ну ладно. Жили-были четыре брата и три сестры.

— Не знаю, хочу ли я эту сказку, — она взглянула на меня, приподняв бровь, — мне почему-то кажется, что я уже знаю, чем все закончится.

— Ну а если они будут жить на берегу моря? В большом деревянном доме, прямо на пляже?

— Уже лучше.

— Их родители много работают. Папа занимается небольшим бизнесом, связанным с информационными технологиями, а мама работает редактором местной газеты.

— И она пережила волну сокращений среди журналистов?

— Их веб-сайт выглядит просто потрясающе. Ее муж разработал его.