Франк Шетцинг - Стая

Один из дежурных радистов повернулся:

— Там что-то большое, сэр. Что-то, я не знаю… трудно сказать… Будто бы…

— Что будто бы? — Ли тряхнула его за плечо. — Докладывайте, вы, идиот! Что тут происходит?

Радист побледнел.

— Это… это… на экране не было ничего, потом вдруг возникли какие-то плоскости. Они возникли из ничего, я клянусь, вода вдруг превратилась в материю. Они слились в стену… она повсюду…

— Немедленно поднять в воздух «Кобры». Обширный разведывательный полёт.

— А что поступило от дельфинов? — спросил Грейвольф.

— Неизвестная форма жизни, — ответила женщина-матрос. — Они первыми засекли.

— Локализация?

— Повсюду сразу. Удаляется. Сейчас в километре отсюда, но снова стягивается. Сонар показывает массивное присутствие по всем направлениям.

— А где сейчас дельфины?

— Под судном, сэр. Прибились к шлюзу. Я думаю, им страшно! Они хотят внутрь.

В CIC сбегалось всё больше народу.

— Выведите на большой монитор спутниковую картинку, — приказал Пик.

Большой экран показал «Независимость» из перспективы кихола. Судно лежало посреди тёмной воды. От голубого света и молний — никакого следа.

— Только что всё было светло, — сказал человек, контролирующий спутник.

— А мы можем получить картинку с другого спутника?

— Сейчас нет, сэр.

— О’кей. Тогда пусть кихол увеличит захват.

«Независимость» на мониторе съёжилась. Спутник увеличил поле видимости. Во все стороны от судна простиралось свинцовое Гренландское море. Из громкоговорителя послышались свист и кликанье дельфинов. Они всё ещё возвещали присутствие неизвестной формы жизни.

— Этого мало.

Кихол расширил картинку дальше. Теперь объектив захватывал участок в сто квадратных километров. «Независимость» с её 250 метрами длины казалась щепочкой.

Все, затаив дыхание, смотрели на монитор.

Теперь стало видно.

Судно было окружено громадным светящимся кольцом. В нём вспыхивали молнии.

— Как велика эта штука? — шёпотом спросил Пик.

— Четыре километра диаметром, — сказала женщина у монитора. — Даже больше. Это похоже на некий шланг. То, что мы видим на картинке, это отверстие, а сам этот шланг тянется в глубину. Мы, так сказать, находимся в его жерле…

— И что это?

Рядом с Пиком возник Йохансон:

— Желе, я думаю.

— Ну, браво, — прохрипел Вандербильт. — Что же, чёрт побери, вы им туда заслали? — накинулся он на Кроув.

— Мы попросили их показаться, — сказала Кроув.

— Теперь вы довольны?

Шанкар сердито обернулся к нему:

— Мы же хотели выйти на контакт, разве нет? Чем вы недовольны? Вы хотели, чтобы они выслали к нам конных парламентёров?

— Пошёл сигнал!

Все обернулись к радисту, который отвечал за акустику. К нему подбежал Шанкар и нагнулся к монитору.

— Ну, что? — крикнула ему Кроув.

— Спектрографический узор — Scratch.

— Это ответ?

— Не знаю…

— Кольцо! Оно сужается!

Все головы взметнулись к большому экрану. Светящееся кольцо начало медленно сужаться вокруг корабля. Одновременно от «Независимости» удалялись две крохотные точки. Два боевых вертолёта вылетели на разведку. Свист и кликанье дельфинов в громкоговорителе усилились.

Внезапно все наперебой заговорили.

— Молчать! — рявкнула Ли. Она напряжённо вслушивалась в голоса дельфинов. — Это уже другой сигнал.

— Да, — Делавэр слушала, прикрыв глаза. — Неизвестная форма жизни и…

— Косатки! — крикнул Грейвольф.

— Несколько больших тел приближаются снизу, — подтвердила женщина с эхолота. — Они поднимаются изнутри трубы.

Грейвольф посмотрел на Ли:

— Мне это не нравится. Надо впустить дельфинов на корабль.

— Почему именно сейчас?

— Я не хочу рисковать жизнью животных. Кроме того, нам нужны съёмки их камер.

Ли поколебалась.

— Хорошо. Впустите. Я дам знать Росковицу. Пик, возьмите четверых человек и сопровождайте О’Бэннона на нижнюю палубу.

— Леон, — скомандовал Грейвольф. — Лисия.

Они выбежали за дверь. Рубин смотрел им вслед. Потом наклонился к Ли и что-то тихо сказал ей. Она кивнула и снова повернулась к мониторам.

— Подождите меня! — крикнул Рубин вдогонку группе. — Я с вами.

Нижняя палуба

Росковиц вбежал на нижнюю палубу ещё раньше учёных, в сопровождении Браунинг и ещё одного техника. И выругался, увидев неисправный «Дипфлайт». Его всё ещё не починили, и он плавал на поверхности, с открытыми кабинами, закреплённый цепью, свисавшей с потолка.