Дин Кунц - Странный Томас

Точки поднимались над одной стороной карточки и углублялись с другой. Возможно, на карточку нанесли какую-то зашифрованную информацию, которую могла прочитать только знающая код машина, но я предположил, что это слово, написанное шрифтом для слепых, известным как шрифт Брайля.

Хорошо помня, что Робертсон слепым не был, я, понятное дело, и представить себе не мог, зачем он носил в бумажнике карточку с надписью шрифтом Брайля. Собственно, не мог я себе представить и другое: зачем слепцу могла понадобиться такая карточка?

Я сидел в кресле, медленно водя по точкам сначала подушечкой большого пальца, потом указательного. Понятия не имел, что они означают, но чем дольше гуляли по ним мои пальцы, тем сильнее нарастало волнение.

Я даже закрыл глаза, прикинувшись слепым. В надежде, что шестое чувство подскажет мне предназначение карточки, если не само слово или слова, написанные этими самыми точками.

Время было позднее, луна ушла за окна, темнота стала гуще, как всегда бывает перед приближением зари.

Я не имел права спать. Не решался заснуть. Заснул.

В моих снах гремели выстрелы, медленно движущиеся пули пробивали тоннели в воздухе, койоты скалили пластиковые зубы с нанесенными на них последовательностями точек, которые я никак не мог прочитать своими пальцами. На груди Робертсона сочащаяся ранка раскрылась передо мной, словно черная дыра, и меня, как астронавта, оказавшегося в открытом космосе, гравитацией засосало в ее глубины, в забвение.

Спал я только час, а потом меня разбудила медсестра: чифа Портера перевозили из операционной в отделение интенсивной терапии.

В окно я увидел черные холмы, а над ними — черное небо, полное серебряных точек Брайля. Солнце еще находилось в часе пути от восточного горизонта.

С пластиковым пакетом, в котором лежала грязная одежда, я спустился в холл у отделения интенсивной терапии.

Там ждали Джейк Халквист и сестра чифа. Ничего похожего на карточку из черного пластика они никогда не видели.

Не прошло и минуты, как из ниши лифтов в коридоре появились санитар и медсестра. Они, он — у головы, она — в ногах, везли каталку, на которой лежал чиф. Карла Портер шла рядом, положив руку на предплечье мужа.

Когда они проходили мимо нас, я увидел, что чиф без сознания, из его носа торчали трубочки ингалятора. Загар заметно поблек, губы из розовых стали серыми.

Каталка, санитар тянул, медсестра толкала, исчезла за дверьми отделения интенсивной терапии. Карла последовала за каталкой, успев сказать нам, что ее муж придет в сознание еще не через один час.

Тот, кто убил Робертсона, ранил и чифа. Я не мог этого доказать, но если ты не веришь в совпадения, то два случая стрельбы на поражение, с намерением убить, с разрывом лишь в несколько часов, в таком мирном и маленьком городке, как Пико Мундо, не могли не быть связаны, как сиамские близнецы.

Я даже задался вопросом, а не попытался ли человек, который звонил чифу по его личной ночной линии, имитировать мой голос, не назвался ли моим именем, не попросил ли от моего имени встретиться с ним на крыльце его дома. Он ведь мог надеяться, что чиф не только примет его голос за мой, но и упомянет мое имя жене, прежде чем выйти из спальни.

Если кто-то попытался повесить на меня одно убийство, то почему не добавить к нему и второе?

И хотя я молил Бога, чтобы чиф как можно скорее поправился, меня тревожило, что он скажет, придя в сознание.

Мое алиби на момент нападения на чифа было следующим: я прятал труп в куонсетском ангаре в церкви Шепчущей Кометы. Такое объяснение, вкупе с подтверждающим его трупом, не вдохновило бы ни одного адвоката защиты.

На сестринском посту четвертого этажа ни одна из дежуривших там женщин не знала, для чего нужна карточка, которую я нашел в бумажнике Робертсона.

На третьем этаже, где бледная и веснушчатая медсестра раскладывала таблетки по пеналам с фамилиями пациентов, мне повезло больше. Взяв загадочный пластиковый прямоугольник и повертев его в руке, она сказала: «Это медитативная карточка».

— Это что?

— Обычно их делают без выпуклостей. На них наносят символы. Скажем, кресты или образы Девы Марии.

— Но не на этой.

— От вас требуется повторять одну и ту же молитву, как «Отче наш» или «Аве Мария», передвигая палец от символа к символу.

— То есть это более удобная форма четок, которую можно носить в бумажнике?

— Да. Именно так. — Она все водила пальцем по выпуклостям. — Но они используются не только христианами.