Дин Кунц - Странный Томас

Я возвращался от церкви Шепчущей Кометы в Пико Мундо, из компании застреленной незнакомки к плохим новостям о застреленном друге.

Если бы я знал имя или хотя бы хоть раз видел человека, которого мне следовало искать, то попытался бы задействовать мой психический магнетизм, покружил бы по Пико Мундо, пока мое шестое чувство не вывело бы меня на него. Однако человек, который убил Боба Робертсона и который жаждал убить многих других в ближайший день, оставался для меня без имени и без лица. А поиски фантома — напрасная трата времени и бензина.

Город спал, но не его демоны. Бодэчи наводнили улицы. Более страшные и многочисленные, чем койоты, они бежали сквозь ночь, предвкушая дневное пиршество.

Я проезжал мимо домов, где собирались эти живые тени. Поначалу пытался запомнить каждый из адресов, где их видел, потому что не сомневался: людям, которыми интересовались бодэчи, предстояло умереть между следующими рассветом и закатом.

Хотя наш город — не мегаполис, он значительно разросся за последние годы, со всеми новыми районами. Численность населения Пико Мундо превысила сорок тысяч человек, округа Маравилья — полмиллиона. Я встречал только малую часть жителей нашего города.

Так что большинство домов, заполоненных бодэчами, принадлежало людям, которых я знать не знал. У меня не было времени переговорить со всеми, я не мог убедить их поверить мне до такой степени, чтобы послушать моего совета и изменить планы на среду, как это сделала Виола Пибоди.

Я подумывал о том, чтобы заезжать в дома тех, кого знал, спрашивать об их планах на вторую половину дня. При удаче мог определиться с тем местом, куда собирались заглянуть они все.

Но никто из этих людей не входил в мой ближний круг. Ничего не зная о моем сверхъестественном даре, они полагали меня чудаковатым, но безобидным, а потому не удивились бы ни моему неожиданному визиту, ни моим вопросам.

Но, узнавая нужную мне информацию в присутствии бодэчей, я мог привлечь к себе их внимание. А присмотревшись ко мне, они наверняка раскрыли бы мою уникальность.

Я помнил шестилетнего английского мальчика, который произнес вслух слово: «Бодэчи!» — после чего его размазало по бетонной стене потерявшим управление грузовиком. Удар был такой силы, что бетон выкрошился, обнажив железные ребра арматуры.

Хотя водитель, молодой мужчина лет двадцати восьми, никогда не жаловался на здоровье, вскрытие показало обширнейший, приведший к мгновенной смерти инсульт, который случился за несколько секунд до столкновения.

Инсульт убил водителя в тот самый момент, когда он переваливал через вершину холма, у подножия которого стоял английский мальчик. Согласно анализу аварии, сделанному полицией с учетом пологости холма и расположения поперечной улицы у его подножия, неуправляемый грузовик должно было отнести в сторону от мальчика. Он бы врезался в стену, но как минимум в тридцати ярдах от того места, где произошел контакт. Вероятно, во время спуска мертвое тело водителя упало на руль и повернуло его, что и привело к трагическим для ребенка последствиям.

Я знаю о загадках Вселенной больше, чем те из вас, кто не видит бродячих мертвых, но, конечно же, не понимаю очень и очень многого. Тем не менее из того, что мне известно, я сделал один важный вывод: совпадений не бывает.

Как мне представляется, на макроуровне справедливо то, что физики вроде бы доказали для микро: даже в хаосе есть порядок, цель, некое предназначение, которые нужно исследовать и понимать, пусть новое знание зачастую будет противоречить тому, что считается незыблемым.

В результате я не стал останавливаться у тех домов, где видел бодэчей, не стал будить спящих срочными вопросами. Не хотелось, чтобы мой путь пересекся с путем массивного грузовика из-за того, что у абсолютно здорового водителя вдруг лопнул сосуд в мозгу или у самого грузовика крайне несвоевременно отказали тормоза.

Вместо этого я поехал к дому чифа Портера, стараясь найти веский довод, дававший мне право разбудить его в три часа ночи.

За годы нашей дружбы я только дважды нарушал его сон. Первый раз — мокрый и грязный, в одном наручнике и с куском цепи, которой плохие люди с дурными намерениями приковали меня к двум трупам перед тем, как бросить в озеро Мало Суэрте. Второй — когда разразившийся кризис требовал его немедленного вмешательства.

Текущая ситуация еще не достигла кризиса, но дело определенно к этому шло. По моему разумению, чифу следовало знать, что Боб Робертсон — не одиночка, в городе у него есть сообщники.