Дин Кунц - Странный Томас

На этот раз, в мой второй визит в черную комнату, я куда более решительно, пусть и с той же картинной храбростью, двинулся к красному маяку, который находился в центре черной комнаты. Его загадочный свет показался мне более зловещим, чем в первый раз, и, как и раньше, он совершенно не разгонял мрак.

Дважды я оглядывался на распахнутую дверь в коридор, но ни разу не увидел себя. Тем не менее я вновь ощутил внезапное покачивание гироскопа, и меня опять вышвырнуло из этого странного помещения…

… на этот раз в жаркий августовский день, его вторую половину, где я выходил из тени гаражной пристройки в солнечный свет, золотые иглы которого тут же вонзились мне в глаза.

Я остановился, прищурился, защищаясь от яркого света, и ретировался в тень гаражной пристройки.

Гробовая тишина, которая царствовала в доме, не распространялась за пределы стен. Вдалеке лениво лаяла собака. По улице проехал старый «Понтиак» с кашляющим двигателем и скрипящим ремнем вентилятора.

В уверенности, что мое пребывание в черной комнате затянулось не больше чем на минуту, я еще раз сверился с часами. Судя по увиденному, меня не только вышвырнуло из дома, но и забросило в будущее на пять или шесть минут.

Во дворе с наполовину выжженной солнцем растительностью и в сорняках, полоса которых отделяла этот участок от следующего, стрекотали цикады, так громко, будто скопилось их на этом маленьком, залитом солнцем клочке земли великое множество.

Вопросы так и роились у меня в голове. Ни один не имел отношения к жизни покрышек или финансовой стратегии, благодаря которой двадцатилетний повар блюд быстрого приготовления мог обеспечить себе безбедную жизнь на пенсии.

Я спрашивал себя, может ли человек с постоянной полубезумной улыбкой, человек, не умеющий поддерживать порядок в доме, человек, делящий свое свободное время между порнографическими журналами и любовными романами, мог ли такой человек оказаться супергением, который с помощью электронных приборов, купленных в «Рэдио-шэк», [23] «Рэдио-шэк» — сеть магазинов, специализирующихся на продаже бытовой электроники, компьютеров, товаров для радиолюбителей. сумел трансформировать одну комнату своего скромного дома в машину времени. Год за годом странные события, случавшиеся со мной, по капле выдавливали из меня скептицизм, но версия с супергением не показалась мне убедительной.

Я спрашивал себя, а принадлежит ли Человек-гриб к роду человеческому. Пожалуй, склонялся к тому, что он — пришелец.

Я спрашивал себя, сколь долго он здесь живет, кем представляется, каковы, черт побери, его намерения.

Я спрашивал себя, а может, черная комната совсем и не машина времени, а что-то еще более необычное. И организуемые этой комнатой путешествия во времени — всего лишь побочные эффекты основной ее функции.

Я спрашивал себя, как долго собираюсь стоять в тени покосившейся гаражной пристройки, размышляя над ситуацией, вместо того чтобы что-то делать.

Дверь между гаражной пристройкой и домом автоматически захлопнулась за моей спиной после того, как я вошел в дом в первый раз. Вновь я отжал язычок замка с помощью ламинированного водительского удостоверения, довольный, что наконец-то получил наглядное подтверждение: уплаченные мною налоги используются на что-то полезное.

В гостиной по-прежнему валялись журналы с голыми женщинами и любовные романы, но на полпути к коридору, ведущему к спальне Человека-гриба и черной комнате, я остановился как вкопанный.

Ко мне вернулась способность слышать. На кухне под моими ногами потрескивали половицы, укрытые древним линолеумом, дверь в гостиную заскрипела на несмазанных петлях. Тишина более не глушила в доме все звуки.

Воздух, ранее чуть ли не морозный, стал всего лишь прохладным. И постепенно нагревался.

А необычный неприятный запах не совсем сгоревшей проводки, смешанный с не совсем аммиаком, угольной пылью и мускатным орехом, стал более резким, чем раньше, но и значительно ослабел.

Обычный инстинкт самосохранения, никакое не шестое чувство, подсказал мне, что не надо идти к черной комнате. Более того, возникло острое желание ретироваться из гостиной.

Я вернулся на кухню и спрятался за дверью, приоткрыв ее на два дюйма, чтобы увидеть тех, от кого я бежал, если они появятся.

И лишь только я скрылся за дверью, как из коридорчика в гостиную повалили бодэчи.

Толпа движущихся бодэчей обычно вызывает мысли о волчьей стае, выслеживающей добычу. В других случаях они напоминают мне охотящихся котов.