Уильям Лэшнер - Меченый

– Оно ему не понравилось?

– Не очень.

– Не представляю почему. Я только что открыла ящик.

– Его вкусы слишком утонченны.

– Наверное, вы правы – от него очень хорошо пахнет.

– Кувшин китайского пива и два стакана, – сказал я, положив десятку на стойку.

Лавендер сидел в кабинке, пытаясь найти достаточно чистый кусочек стола, чтобы опереться локтями, но его усилия были напрасны. Он взглянул на меня с явным раздражением и уронил маленькие ручки на колени. Я сел напротив и наклонился над столом.

– Как я понимаю, вы связывались с моим клиентом.

– Мы разговаривали. Не знаю, откуда ваш клиент получил мой номер, – он подмигнул, – но что было, то было, и последнее время мы часто общаемся. Он поделился с вами содержанием наших бесед?

– Нет.

– Тогда как вы узнали?

– От Джоуи Прайда.

– Ах да, от непокорного мистера Прайда. После того, что случилось с его другом, отыскать Джоуи было нелегко.

– Как вы его нашли?

– У меня есть свои способы.

– Вы говорили с ним лично или по телефону?

– Он не пожелал встретиться со мной лицом к лицу. Наверное, его огорчила смерть друга.

– Убийство, – уточнил я.

– Полиция в этом уверена?

– Он был убит выстрелом в голову.

– О, довольно страшная смерть. Случаем, не самоубийство?

– Ему дважды выстрелили в голову. После того как ранили в колено. На месте преступления оружие не найдено.

– А, понимаю. Небрежная работа, но ведь и обучают в наши дни просто отвратительно. Итак, полагаю, причиной смерти действительно является убийство. Да, это достойно сожаления, хотя не такого, как это заведение.

– Джоуи сказал, что его не устраивают условия, которые предлагает Чарли. Он хочет не одну пятую, а половину.

– Ничего удивительного. Но боюсь, он может остаться ни с чем. Первоначальная восторженность вашего клиента от моего предложения, похоже, пошла на убыль.

– Он колеблется?

– Да, к сожалению. Это могла бы быть такая чистая сделка, такая выгодная для всех заинтересованных сторон, но этот жалкий олух не перестает лепетать о своей матери.

– Он к ней привязан.

– Состояние, достойное сожаления. Вы близки со своей матерью, Виктор?

– Не совсем.

– Это означает, что вы все еще слишком близки, чтобы приобрести душевный комфорт. Возвращайтесь ко мне, когда возненавидите ее с той убийственной страстью, которая будет кипеть в крови спустя десятилетия после того, как ее похоронят в грешной и грязной земле, и тогда мы поговорим. О Боже, у нас незваный гость!

– Где? – Я повернул голову, но увидел всего лишь подходившую к нам барменшу с подносом и кувшином пива.

– Не в зале, а на столе.

И действительно, «гость» стремительно мчался к моему локтю. Я отдернул руку, и жирный коричневый таракан пронесся к краю стола, покружил и застыл, пошевеливая усиками. Потом побежал в ту сторону, откуда явился, и опять замер, теперь уже навек, потому что на него опустился графин с пивом. Две пенящиеся капли, как две слезы, упали на стол.

– Вот ваш «Юн-лу», – сказала барменша и поставила рядом с кувшином два стакана. – Захотите еще, крикните.

Лавендер Хилл некоторое время смотрел на меня с веселой искоркой в глазах. Цвет его радужки вполне гармонировал с цветом твари, только что сновавшей по столу. Лав засмеялся, взял кувшин с пивом и доверху наполнил стаканы. Когда он наклонил кувшин, я увидел безжизненное пятно, прилипшее к стеклянному дну.

– Иногда приходится выступать в роли кувшина, – сказал Лав, – а иногда – в роли таракана. Поговорите от моего имени с вашим клиентом. Убедите, что эта сделка в его интересах.

– Вы хотите сказать: «Убедите его совершить преступление». Нет, спасибо.

Я несколько раз приложился к стакану. Странно, но на вкус пиво оказалось великолепным – прохладным и терпким. Может быть, причиной тому был раздавленный таракан – ведь кладут же червяка в бутылку с текилой.

– У меня есть идея, – сказал Лав с лицемерной искренностью в голосе, как будто идея только что пришла ему в голову. – Вам нужно поговорить с его матерью. Как я понимаю, вы с ней общаетесь. Посоветуйте ей выбрать тот путь, который вы считаете самым выгодным и безопасным для сына. Вы не будете уговаривать Чарли нарушать закон, но сделаете то, что, вполне возможно, спасет ему жизнь.

– Если хотите встать на сторону матери Чарли, то ради Бога, но это вряд ли поможет. Ей нужно, чтобы сын вернулся домой, – ради этого все и затевалось. Поверьте мне, Лав, не стоит вставать у нее на пути.