Уильям Лэшнер - Меченый

– А что насчет вас, Джоуи?

– Тедди сказал, что ни черта у меня не едет крыша и что справка из психушки – всего лишь повод, чтобы не пытаться изменить свою судьбу. Он назвал меня сумасбродным трусом.

– И как вы все ему ответили?

– Стали возражать. Я даже ударил его, но не потому, что этот сукин сын оскорбил меня, а потому что он был прав. Мы тонули в оправданиях, заливали свои сожаления пивом. Когда мы успокоились, Тедди сказал, что в Калифорнии кое-чему научился. Он понял, как нужно поступать, чтобы мечты сбылись. Надо изменить жизнь, стать чем-то новым.

– Чем-то новым?

– Так он сказал, а потом вдруг завел речь о канатах, обезьянах и суперменах. Он сказал, что все мы канаты и висим над пропастью, что с одной стороны у нас обезьяны, а с другой – супермены. И если мы не хотим вернуться к животным, то должны перебраться к суперменам. Я не понял ни слова, но почувствовал, что это правда. Он будто читал нам проповедь.

– И что с суперменами?

– Сбывшиеся мечты.

– Где-то там, за радугой.

– Само собой, но он описал все так, что мы поверили. Он сказал, что Хьюго окончит бизнес-школу и начнет управлять громадной компанией, летать на корпоративном самолете и заставлять конгрессменов и сенаторов ждать в приемной, пока какой-нибудь лакей не начистит ему туфли. Ральф обзаведется металлопрокатным заводом и станет принимать заказы со всей страны. Он никогда больше не прикоснется к металлу, а в приемной посадит сногсшибательную секретаршу, чтобы каждый день трахать ее на письменном столе. Чарли будет бегать на воле как дикий кот, делать что вздумается, и его мать будет счастлива, потому что он наконец станет человеком.

– А что насчет вас, Джоуи?

– Мне предстоит купить самую крутую тачку на Восточном побережье, переезжать из города в город, выигрывать гонки на импровизированных трассах и иметь гараж с сорока механиками. И знаешь, Тедди рассказывал очень убедительно. Я даже видел свое будущее. Оно было ослепительно и казалось совсем рядом, я до сих пор его вижу.

– И все, что от вас требовалось, – это перебраться на другую сторону бездны.

– Верно. Тедди объяснил, как это сделать. Он сказал, что нужно пройти очищение огнем. И добавил, что готов предоставить нам такую возможность. – Джоуи надолго приложился к фляжке. – И он ее предоставил.

– Ограбление фонда Рандольфа.

– Он продумал все, вплоть до мелочей. И когда закончил читать свою проповедь, мы все обратились в его веру. В конце концов, нас не пришлось долго убеждать.

– Власть по Ницше.

– По кому?

– Был такой немецкий философ. Все эти разговоры о бездне и канатах идут от него. Фридрих Ницше, святой покровитель неудовлетворенных подростков, которые хотят сбросить цепи и стать суперменами.

– Ну и как это получилось у самого Ницше?

– Не слишком хорошо. В конце концов он заявил, что Бог умер, переспал со своей сестрой и сошел с ума.

– А сестра-то хоть была ничего?

– Похожа на репку. Почему Тедди выбрал фонд Рандольфа как средство очищения?

– Не знаю. Тебя здесь высадить?

Я посмотрел в окно. Мы находились на Двадцать первой улице и подъезжали к моему офису. У двери кто-то стоял. Кто-то знакомый. Я вглядывался в фигуру до тех пор, пока не узнал.

– Черт возьми, – сказал я.

– Именно.

Я покачал головой, пытаясь не думать о следующем критическом моменте в своей жизни.

– Джоуи, мне нужно идти. Спасибо, что подвезли. – Я открыл дверцу, вышел и наклонился к окну такси: – Вы так и не сказали, почему стали проклятыми.

– И не скажу.

– Вы встречаетесь с Хьюго и Тедди?

– Хьюго давно уехал из города, а Тедди, этот сладкоречивый сукин сын, исчез сразу после ограбления.

– Как «исчез»?

Джоуи издал тихий долгий свист, похожий на звук летящего по равнинам ветра.

– Вам нужно явиться в полицию, Джоуи, и ответить на вопросы.

– Ну уж нет. Тогда я закончу, как Ральф.

– Я собираюсь передать записку, которую вы нашли, в полицию. Там мне придется сообщить, что вы были у Ральфа и взяли деньги. Вас начнут разыскивать. А если придете сами, то будете числиться свидетелем, а не подозреваемым.

– Делай, что обязан делать.

– А чем намерены заняться вы?

– Все тем же: возить пассажиров и спать в машине, пока не уляжется шум.

– Избавьтесь от револьвера.

– Ладно, – сказал он, делая очередной глоток.

Я кивнул на фляжку:

– Это вам тоже не поможет. Послушайте, как мне с вами связаться?

– Позвони отцу.

– Моему отцу?

– Я тоже буду ему позванивать время от времени. Мы всегда полагались на твоего отца.