Джудит Гулд - Навсегда

Сын по-прежнему молчал. Зара вздохнула и подняла руку с тонкими пальцами.

— Поверь мне, сынок, чем скорее она уйдет отсюда, тем лучше — спокойнее — для нас всех.

Его глаза сузились.

— Ну как ты можешь это говорить, мама? Ты ведь даже не знакома с ней.

— Не знакома. — Зара пристально взглянула на сына. — Так же, как и ты.

— Ну да, — признался он. Засунув руки в карманы, он покачивался с носка на пятку, глядя на воду. Затем снова взглянул на мать. — Но она мне нравится, мама. Понимаешь, она сразу мне понравилась.

Глаза Зары сверкнули холодным огнем.

— Ты дурак! — прошипела она. — Как все мужчины! Вы всегда подчиняетесь только одному своему органу, не задумываясь, к каким последствиям это может привести!

— Это неправда! — воскликнул он зло.

— Нет? Разве?

— Нет! А если даже и так, я все равно не вижу ничего плохого в том, что она останется на яхте.

— Дорогой, — Зара снова надела очки. — Ты знаешь, что мы с отцом ведем уединенный образ жизни.

Он горько рассмеялся.

— Мне ли об этом не знать! Единственное, что я никак не могу понять, — от кого или от чего вы прячетесь?

— Может быть, от мира? — тихо ответила Зара.

— Почему тебя так беспокоит ее присутствие, мама? Я хочу сказать… тебе ведь даже необязательно с ней встречаться. Она вас и не увидит, если вы не захотите. На яхте вполне достаточно места.

— Это только подогреет ее интерес. Особенно если она журналистка. Может быть, и того хуже. Может, она подослана нашими конкурентами, чтобы шпионить за нами?

— Шпионка?! — Эдуардо уставился на мать.

— Да, промышленный шпионаж, — кивнула Зара. — Она может услышать неосторожно оброненное кем-нибудь замечание об открытиях доктора Васильчиковой.

— Вы и ваша Васильчикова! — воскликнул он с отвращением. — Это единственное, что вас волнует.

Лицо Зары напряглось, в голосе послышалось презрение.

— Может, ее интересуют только деньги. А может, она охотится за тобой.

— За мной? Этого не может быть, мама! Она меня первый раз видит!

Зара пожала плечами.

— Она наверняка знает, кто ты. Держу пари, она точно знала, кто ты и что ты, еще до того, как устроила здесь представление.

— Ты думаешь, она такая идиотка, что рисковала жизнью только для того, чтобы попасть на яхту?

— А ты подумай, что она выигрывает, — ставки слишком высоки. То есть я говорю, что она как раз не дура. Нет. Она умна. Очень умна.

Эдуардо прекратил раскачиваться.

— Дорогой, пожалуйста! — Зара сжала его пальцы. — Ну будь разумным! Не надо так расстраиваться. Ну что в ней такого особенного? Ты можешь покорить любую женщину в мире, ты сам это прекрасно знаешь.

— Да, — сказал он мрачно. — Я знаю. — Он выдернул свою руку. — Но мне нравится она, — почти прошептал он, глядя в какую-то точку за горизонтом.

— Но ты даже не знаешь ее!

— Я чувствую ее.

— Любовь с первого взгляда? — Зара хлопнула в ладоши и расхохоталась.

— Совершенно необязательно над этим смеяться! — в голосе Эдуардо чувствовалась злость. — Если хочешь знать, я влюбился в нее.

— В нее? С чего бы? Сидя рядом с ней в течение двух дней? Ну, знаешь ли… Да, ты спас ей жизнь. Но этого недостаточно, чтобы влюбиться. И ведь она… — Зара помолчала, подыскивая нужное слово, и, не найдя его, закончила: — Она такая обычная.

— Откуда ты знаешь, что она «обычная»?

Зара не ответила. Теперь она почти мурлыкала:

— Тебе нужен кто-то того же круга, что и ты.

В смехе Эдуардо послышалась горечь.

— Так скажи мне, мама, что это за круг и найдется ли во всем мире семья, достойная Эдуардо де Вейги?

— Если честно, нет. Да и как такое может быть? Хотя твой отец официально считается одним из самых богатых людей в мире, ему удается держать в тайне размеры своего состояния. — Она перешла на шепот. — Но мы-то с тобой, Эдуардо, мы-то знаем! Мы знаем, что он самый богатый человек на планете! Богаче, чем король Саудовской Аравии, султан Брунея, королева Великобритании и всякие нувориши, вместе взятые!

Бешено жестикулируя, Эдуардо кружил перед Зарой.

— Мама, я не собираюсь подпрыгивать по каждому твоему хлопку или мчаться, когда ты крикнешь «Эдуардо». Я не собираюсь просить твоего разрешения или благословения по поводу каждого, с кем я хочу общаться.

Он наклонился к ней поближе.

— Вы можете калечить свою жизнь, вечно скрываясь, как какие-то сумасшедшие отшельники. Это ваше дело. — Его глаза блеснули, дыхание стало частым. — Но я не позволю вам прожить мою жизнь за меня!