Джонатан Келлерман - Книга убийств

Шеф слегка расслабился. Он терял интерес к разговору.

— А потом Уилли ввязался в серьезные неприятности. Стал свидетелем жестокого убийства, страшно испугался и сказал вам, что его собираются сделать козлом отпущения.

— И не зря испугался, — сказал Брусард. — Его опасения были вполне оправданными. — На губах шефа появилась холодная улыбка. — Слово черного наркомана против заявления богатых белых парней. Впрочем, никто не собирался отдавать Уилли под суд. План состоял в том, чтобы распустить слухи, подбросить улики, а потом устроить смерть Уилли от передозировки наркотиками, сделать анонимный звонок и закрыть дело.

— Поэтому Уилли обманул Бориса Немерова, но вы от него откупились. Затем добились передачи дела Поулсену, чтобы он мог его контролировать и охранять Уилли и его подружку.

— Это было временной мерой. Мы пытались перегруппировать силы, искали другие возможности.

— Но даже не пытались арестовать настоящих убийц, — заметил Майло, с удивлением обнаружив, что кипит от ярости. — Возможно, мы со Швинном не сумели бы их найти. С другой стороны, мы могли бы довести расследование до конца. Теперь ответа на этот вопрос не знает никто. Потому что вы остановили нас. И не говорите мне, что вы поступили так из-за Уилли. Кто-то начал защищать богатых парней. Человек, к мнению которого вы не могли не прислушаться.

Брусард вновь повернулся к Майло.

— Так вот как ты все понял.

— Нет, пока нет. Вот почему я здесь. Кто за этим стоял? Уолт Обей? Сутенером Джейни был грязный негодяй, который называл себя ее отцом. Девочку использовали два поколения богатых мерзавцев, но кто богаче старого Уолта? Он остановил расследование, Джон? Добрый, регулярно посещающий церковь дядя Уолт встревожился, что его гнусные привычки станут известны широкой общественности?

Эбеновое лицо Брусарда оставалось неподвижным. Он отвел взгляд в сторону и оглушительно расхохотался.

— Рад, что сумел развлечь вас, Джон! — прорычал Майло, руки которого так дрожали, что он сжал их в кулаки.

— Я тебя кое-чему научу, детектив. Ты слишком многого не понимаешь. Я провел немало времени в компании богатых людей и должен сказать, что это правда. Богатые отличаются от всех остальных. Они другие. Жизненные удары всегда смягчаются, ни у кого не хватает безрассудной смелости им противоречить. Очень часто их дети становятся чудовищами. Злобными тварями. Однако исключения существуют, одним из них является мистер Обей. Он именно такой, каким кажется со стороны: религиозный, искренний, нравственный, хороший отец, верный муж. Мистер Обей разбогател благодаря упорной работе и удаче — сам он всегда упирает на удачу, поскольку отличается скромностью. Ты должен понять, что он не имеет никакого отношения к закрытию расследования. Если упомянуть в его присутствии имя Джейни Инголлс, он лишь удивленно на тебя посмотрит.

— Быть может, я сделаю такую попытку, — заявил Майло.

— Держись от него подальше.

— Это официальный приказ, шеф?

— Это разумный совет, детектив.

— Тогда кто? — спросил Майло. — Кто за этим стоял? Брусард провел пальцем по воротнику рубашки, словно ему стало душно. Под лучами яркого солнца на лбу выступил пот, кожа блестела, точно шоссе в пустыне.

— Все произошло иначе, — наконец ответил Брусард. — Никто не отдавал непосредственного приказа закрыть расследование убийства Джейни Инголлс. Директива — а она пришла с самого верха департамента — состояла в том, чтобы положить конец многолетней преступной деятельности Пирса Швинна. Швинн вышел из-под контроля, он пристрастился к амфетаминам, стал слишком рисковать. Он превратился в настоящую бомбу с часовым механизмом, и департамент решил его обезвредить.

Тебе просто достался не тот напарник. Для тебя все могло закончиться гораздо хуже. Тебя не тронули, поскольку ты был новичком и никогда не участвовал в делишках Швинна. За исключением одного эпизода, когда ты видел, как он посадил известную проститутку в патрульную машину, и ты некоторое время возил их по городу. Но я решил тебе поверить, детектив. И перевел на приличное место, а не уволил со службы с позором.

— Это и есть тот драматический момент, когда мне следует начать вас благодарить? — Майло приложил ладонь к уху. — Но где же барабанная дробь?

Брусард презрительно усмехнулся:

— Ну, если тебе нравится быть болваном, дело твое.

— Я не нуждался в ваших подачках, Джон. Когда шлюха садилась в машину, я не знал, что произойдет дальше, я думал, что она его информатор.