Джонатан Келлерман - Книга убийств

В комнате стало жарко.

Разорвалась вторая зажигательная бомба. И вновь в задней части дома. Кто-то засел в лесу, откуда к домику тянулись телефонные провода.

Я схватился за кресло Уилли и отчаянно замахал свободной рукой окутанным дымом Берту и Эйми.

— Выходите из дома!

Я прекрасно понимал, что враг наверняка ждет нас у дома, но оставаться в нем мы тоже не могли.

Никакого ответа, дым стал таким густым, что я уже почти ничего не видел. Я покатил Уилли к передней двери. За спиной ревел огонь. Задняя дверь обрушилась, и в спальню рванулось пламя. Я толкал кресло вперед, ощупью пытаясь найти Эйми и Берта.

— Там кто-то есть! — кричал я. — Пригнитесь к земле…

Мой крик сменился мучительным кашлем. Наконец я оказался у двери, потянулся к ручке, и раскаленный металл обжег мне пальцы.

Идиот, дверь распахивается от нажатия! Я ударил ее плечом, протолкнул кресло Уилли и бросился вперед, кашляя и задыхаясь, глаза ел дым.

Я оказался в темноте, резко повернул влево. Пуля ударила в переднее окно.

Над домом клубился дым, накрывая его темным покрывалом. Хорошая маскировка, но слишком ядовитая. Я бежал по гаревой площадке к кустарнику, образующему восточную границу дома. Бежал вместе с креслом, стараясь не налететь на камень или корень. Очень скоро кресло застряло.

Я не стал тратить время, взвалил Уилли на плечо и помчался дальше, адреналин кипел в крови, но Бернс был слишком тяжелым, и, пробежав десять шагов, я начал задыхаться.

Ноги у меня подкашивались. Я представил, что они превратились в стальные прутья, и сумел сохранить равновесие, но окончательно задохнулся, и мне пришлось остановиться. Продолжая мучительно кашлять, поудобнее перехватил свою ношу. Я чувствовал, как бессильные ноги Уилли ударяются о мои бедра, сухая кожа ладони касалась моей шеи — он пытался держаться за меня.

Уилли что-то сказал — я скорее это почувствовал, чем услышал, — и я вновь двинулся в сторону леса. Прошел еще десять шагов — теперь я их считал. Потом двадцать, тридцать. И остановился, чтобы снова отдышаться.

Оглянувшись, я посмотрел на дом. Его окутывали клубы черного дыма, почти невидимые на фоне ночного неба.

Затем на месте маленького зеленого домика возникла пурпурная сфера в желто-зеленом ореоле.

Я почувствовал сильный запах керосина. Потом что-то вспыхнуло — наверное, кухонная плита. Взрыв швырнул меня на землю. Уилли упал сверху.

Никаких следов Эйми и Берта.

Я смотрел в сторону дома — распространится ли огонь к лесу? Конечно, жаль леса, но для нас это будет неплохо, поскольку привлечет внимание.

Ничего. Тишина. Огонь не дошел до леса — перепаханная полоса помешала.

Я осторожно вылез из-под Уилли и приподнялся на локтях. Он потерял очки, его губы беззвучно шевелились.

— Ты в порядке? — спросил я.

— Я… да. Где…

— Давай двигаться дальше.

— Где она?

— С ней все в порядке, Уилли, нам пора.

— Мне нужно…

Я положил руку ему на плечо.

— Оставь меня здесь, — сказал он. — Оставь, я больше не могу.

Я начал его поднимать.

— Пожалуйста, — взмолился Уилли.

Моя обожженная рука начала болеть. Все тело ныло. Из-за спины донесся скрипучий голос:

— Тупик, мистер Кадиллак.

Лунный свет озарял серебристые волосы Вэнса Коури, перехваченные черной кожаной лентой. Даже сквозь едкую гарь я почувствовал аромат дорогой туалетной воды.

Он осветил фонарем мое лицо, переместил луч на Уилли, а потом направил его в землю. Когда белые пятна перед глазами исчезли, я сумел разглядеть в его правой руке толстое дуло автоматического пистолета.

— Вставай, — деловито сказал Коури. — Пора завершать дела.

Он был в светлом, испачканном маслом комбинезоне — приготовился к грязной работе. На шее что-то блеснуло — наверное, золотая цепь, которую я видел раньше.

Я поднялся на ноги. В голове все еще шумело после взрыва.

— Пошел! — приказал он, показывая направо, в сторону прогалины.

— А что будет с ним? — спросил я.

— О да, с ним.

Коури слегка повел дулом пистолета и всадил в грудь Уилли очередь, которая почти рассекла его на две части.

— Еще вопросы есть? — осведомился Коури.

Он повел меня из леса. Груды тлеющих углей, обрывки электрических проводов, кучки кирпичей, изуродованные металлические стулья — вот и все, что осталось от маленького зеленого дома. И обгоревшее нечто, привязанное к креслу.

— Поиграл со спичками, — сказал я. — Могу спорить, в детстве ты обожал это занятие.