Грег Диналло - Фиаско

Скотто поняла его намек.

— А ведь вы правы, Джо. Я непременно выясню владельца.

Она поднялась и пошла в оперативный центр, я поплелся за ней. Аналитик из секции разведки, связавшись с банком данных в офисе профсоюза клерков Балтимора, мгновенно получил нужные сведения.

«На ваш запрос сообщаем, — появился развернутый текст на мониторе компьютера, — что в настоящее время здание арендуется фирмой «Коппелия пейпер продактс, лимитед».

У Скотто от удивления брови полезли на лоб.

— Лимитед? Они что, канадцы?

— Да. Чеки за городские коммунальные услуги выписаны на Монреальский банк.

— Не могу вспомнить, где я встречала такое название. — Скотто задумалась на минутку-другую, затем удрученно встряхнула головой.

— Зато я помню, — заметил я как бы между прочим, сразу оказавшись в центре внимания. — «Коппелия», если мне не изменяет память, — название известного балета.

Скотто сделала круглые глаза, но аналитик кивком подтвердил мои слова.

— Я видел его в центре имени Кеннеди пару лет назад, — задумчиво проговорил он. — Это… ну… в общем романтическая комедия. Там… один хлипкий пижон… влюбляется… в восковую куклу…

— Да-да! Ее и звали Коппелия, — поддержал я аналитика. — Нельзя сказать, что она была от этого в большом восторге.

— В самый разгар своей страсти пижон угодил в дерьмо, попадал во всякие там переделки, — усмехнулся аналитик. — Но все же вернулся к своей красотке, и они зажили счастливо.

Скотто посмотрела на нас, словно на клоунов, появлявшихся на арене цирка в паузах между номерами. — Колоссально! Они небось хранили в здании пачки и пуанты для балерин. — Она посмотрела на аналитика и добавила: — Потом их расхватали агенты из ФБР.

Аналитик вытаращил глаза.

— Пачки и пуанты? — недоумевающе спросил я. — Может, я что-то недопонимаю?

— Да он сам на содержании у ФБР, — бросила Скотто. — Так кому же принадлежит здание?

— Никогда не слышал такого названия, — отвечал аналитик. — Кто-то упоминал корпорацию ИТЗ.

Мне показалось, что у Скотто даже глазные яблоки щелкнули, когда она метнула на меня быстрый взгляд. Я позволил себе легкую улыбку.

— Два очка в вашу пользу, Катков!

Потом она пошла докладывать Банзеру, а я готов был рухнуть от изнеможения. Пока Скотто была занята, я побрел в оперативный центр, где меня угостила чашечкой кофе та расторопная девушка-аналитик, которая с помощью компьютера выследила Рабиноу.

— Как там дела? — спросил я ее.

— Пока нового ничего нет, — раздраженно ответила она. — Мы выдали звонки, попросили проверить, нет ли Рабиноу по запрошенным адресам. Все ответили, что он не появлялся.

— Можно подумать, будто все они получили такое указание — отвечать, что местопребывание Рабиноу не их ума дело.

В ответ она протянула мне другую компьютерную распечатку:

— Я запрашивала и ККЦБ.

— ККЦБ?

— Комиссию по контролю за ценными бумагами. Это федеральное агентство. Все компании, выпускающие акции для продажи на фондовой бирже, обязаны проходить регистрацию эмиссии и регулярно отчитываться за проделанную работу. Такие отчеты должны предварительно обсуждаться на заседаниях советов директоров ряда компаний Рабиноу. Но по меньшей мере за последние два месяца такие заседания нигде не проводились.

— Целых два месяца?

Она лишь удрученно кивнула.

— Есть у меня кое-какие идеи, но пусть пока зреют. Я не знал, как мне быть, если она все же разыщет Рабиноу. Позвонить ему и попросить об интервью? Однако шансы на то, чтобы только связаться с ним по телефону, ничтожно малы. Проследить, где он прячется? А он может быть где угодно: в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, даже в Тель-Авиве, коли на то пошло. Но сейчас я выхожу из игры: слишком устал, чтобы стратегически мыслить.

Когда я вернулся в кабинет Скотто, она по-прежнему висела на телефоне. Я плюхнулся на софу, намереваясь кое-что записать. Узоры на обивке софы казались живыми — они трепетали и плавали под моим взглядом. Последнее, что я помню, — желание попросить еще кофейку.

— Катков? Катков, просыпайтесь! — трясла меня Скотто. — Поехали дальше, мы накроем ту фабрику.

Я приподнялся на локте и покосился на окно. На улице было темновато, хотя не так, как в тот момент у меня в голове, но все равно довольно темно. Я схватил куртку и заковылял вслед за Скотто, сокрушаясь, что так и не выпил чашечку кофе. Не знаю, сколько я проспал на софе, но за это время она успела получить ордер на обыск, разработать план операции и сколотить оперативную группу для ее осуществления. Теперь, как она сказала, той фабрике придет хана.