Рассел Эндрюс - Гедеон

Откуда он знает про то, что они связаны с отцом Патриком? Кто этот священник?

Отец Патрик, по-прежнему с остекленевшим взглядом, повернулся к Карлу и, запинаясь, сказал:

— Я так рад, что вы пришли! Вы не представляете, как рад! Ведь я даже не знал, передали ли мое сообщение.

Однако Карл ничего не ответил и даже не посмотрел в сторону отца Патрика. Его взгляд был прикован к другому священнику. В глазах застыло безграничное замешательство и недоверие. Он никак не мог поверить происходящему.

— А ты рад, Карл? — спросил юный священник.

Но откуда он знает Карла? Разве такое возможно? Откуда ему все известно? Что такое странное слышится в его голосе! Фамильярность? Нет, нечто большее. Дружелюбие? Нет, не то. Намек на интимную близость, поняла Аманда, вот что. Но почему? Почему?

Карл потряс головой, словно пытаясь отогнать ночной кошмар.

— Не может быть! Нет, нет… это невозможно… — хрипло и отрывисто пробормотал он.

Аманду поразило выражение его лица. На нем явственно читался ужас. Неподдельный, ничем не прикрытый ужас.

— Ты мертва, — простонал Карл, не отводя глаз от священника. — Я видел твой труп!

— Ты видел кого-то и подумал, что это я, — сказал священник. — Кого-то без лица.

— Карл, объясни, что происходит? — взмолилась Аманда. — Прошу, скажи мне!

— Кто ты? — воскликнул Карл, обращаясь к священнику.

— Тот, кто нужно, — торжествующе ответил он. — Могу стать кем угодно.

Выражение его лица стало меняться. Из умиротворенного и спокойного оно стало чувственным. Каким-то образом черты смягчились, поза тоже стала другой — спина по-кошачьи грациозно изогнулась. Глубокий и звучный голос стал мелодичным и соблазнительным.

Аманда поняла, что он не просто хорош собой. Во всяком случае, не юношески привлекателен, как она думала раньше.

Он был красив.

— Не может быть! — выдохнул Карл.

— Может, — произнес священник. — Поверь мне, Карл, еще как может!

Теперь он повернулся к отцу Патрику, который застыл у края скалы.

— Вы считаете, что Бог спасет тех, кто верит? — спросил юноша священника и, когда тот кивнул, продолжил: — Тогда готовьтесь к спасению.

Из складок облачения молодой священник вытащил полуавтоматический пистолет, но Карл опередил его. Он прыгнул, испустив животный крик, дикий вопль лютого зверя, полный ненависти и ярости.

Он кричал всего лишь одно слово, когда бросился на священника, пытаясь дотянуться до пистолета, спасая саму жизнь. Он кричал:

— Тонни!

То-о-н-н-н-н-и-и-и!!!!

Аманда увидела, как выстрел ушел мимо, лишь чудом не задев отца Патрика, и поначалу подумала, что Карл сошел с ума. Но когда она присмотрелась, все стало ясно. Она поняла, что происходит, глядя, как Карл и человек в одежде священника тяжело рухнули на землю, крепко обхватив друг друга руками. Как в ту пору, когда они были любовниками, вдруг дошло до Аманды, и у нее перехватило дыхание.

Жестокая схватка без правил велась не на жизнь, а на смерть. Тонни почти не уступала Карлу — ростом почти метр восемьдесят, жилистая и сильная. К тому же она была закаленным бойцом. Все ее гибкое тело находилось в постоянном движении — удар ногой, еще один коленом в пах, пальцы давили на глаза Карла, а зубы впились в запястье. Аманда беспомощно стояла рядом с отцом Патриком, наблюдая, как эти двое катаются по узкой площадке на вершине скалы, пытаясь завладеть пистолетом, ругаясь, рыча и отплевываясь. Постепенно сползая все дальше. К самому краю пропасти.

Аманда окликнула Карла по имени, испугавшись, что он и эта ужасная женщина сорвутся вниз, слившись в последнем объятии. Испугавшись, что она его потеряет.

Наконец Карл обвил горло Тонни рукой. Сдавил, пытаясь задушить, но ей удалось выскользнуть из захвата. Теперь она обеими ногами, словно смертоносными тисками, плотно сжала шею Карла. Тот задыхался, его лицо побагровело. Последним отчаянным движением он отвел руку назад, а затем изо всех сил ударил Тонни, попав в нос. Треснула кость, хрящ сместился, и хлынула кровь. Тонни ослабила хватку и выронила оружие. Карл прыгнул за ним, вытянув обе руки. Тонни тоже. Пистолет, скользнув по камням, упал прямо к ногам Аманды.

Она быстро нагнулась и подняла его. Никогда раньше Аманда не держала в руках заряженное оружие. Такое холодное и на удивление тяжелое. Девушка стояла как зачарованная, ощущая вес пистолета, по которому скользили синие солнечные блики. Все вокруг, казалось, происходит как при замедленной съемке. Вот Карл и Тонни понимают, что оружие у нее… вот они, израненные и окровавленные, поднимаются на ноги, тяжело дыша… а вот стоят, не отводя от Аманды взгляда.