Дэвид Голмон - Легенда

— Ну? Что там у тебя, койот? — не поворачиваясь, спросил Фарбо.

— Не надо называть меня так, сеньор. Хозяин хочет видеть вас. — Натянутая улыбка капитана больше напоминала оскал.

Фарбо еще несколько секунд смотрел на темные воды Амазонки, а потом, повернувшись, ушел, даже не взглянув на Росоло. Шкипер «Рио Мадонна» Эрнесто Сантос вскинул два пальца к козырьку фуражки, когда полковник проходил мимо. Похоже, этот шкипер знал свое дело. Его репутация и рассказы о том, что он знает Амазонку как свои пять пальцев, были известны всем на судне. Шкипер утверждал, что его семья уже несколько поколений плавает на этой реке.

Но когда ему растолковали место назначения, шкипер сразу стал угрюмым и неразговорчивым. Он даже попытался убедить их, что на Рио-Негро нет такого притока, а те, что есть, находятся гораздо дальше и навигация на них возможна только в сезон дождей. Решающим аргументом спора оказался огромный гонорар, предоставленный в качестве арендной платы за судно.

Мендеса он нашел за столиком под тентом на корме. Тут же рядом возник Росоло, демонстрирующий французу такое же презрение, какое тот испытывал к нему. Но Фарбо, даже не взглянув на капитана, подсел за столик, где Мендес рассматривал какие-то фотографии.

— Знаете, Анри, наш друг привез из Штатов тревожные новости. Как вам известно, мы следили за офисом профессора Закари, и в наши сети попалась кое-какая рыбешка. — Он положил на стол перед полковником фото Даниэль.

Фарбо только мельком взглянул на снимок и снова перевел взгляд на Мендеса, который уже демонстрировал ему следующее фото.

— С ней был вот этот мужчина. — Колумбиец внимательно следил за реакцией полковника и не ошибся. Если на фото бывшей жены француз едва взглянул, то второй снимок заинтересовал его куда больше.

— Человек из тоннелей, — пробормотал он, вглядываясь в снимок.

— Кто? — подался вперед Мендес.

— В прошлом году я имел дело с этим джентльменом в Американской пустыне при весьма необычных обстоятельствах. — Фарбо положил снимок на стол. — Если не ошибаюсь, его фамилия Эверетт.

— Капитан-лейтенант Карл Эверетт, военно-морской флот Соединенных Штатов, — уточнил Росоло. — Не знаю, какую должность он занимает сейчас, но из надежных источников известно, что он бывший спецназовец ВМФ и несколько раз был награжден.

Росоло говорил, в упор глядя на француза.

— Скорее всего, он работает в какой-нибудь секретной службе. Они всегда забирали к себе лучших офицеров. — Фарбо впервые за все время взглянул на Росоло. — А ты, койот, если хоть что-то знаешь о спецназе американского флота, должен понимать, что бывших спецназовцев не бывает.

— Не будем уточнять такие философские понятия, как «был», «есть» и «будет». Просто меня все это очень настораживает, а вас, Анри? — Мендес бросил на стол перед Фарбо остальные снимки.

— Они сделаны в Монтане, в Национальном парке Литтл-Бигхорн. Узнаете кого-нибудь? — холодно спросил Росоло.

Фарбо посмотрел на четыре фотографии. Они были неважного качества, явно сняты через окно машины.

— Этих двоих не знаю, а вот этот, — он кивнул на чернокожего Менденхолла, — по-моему, тоже из спецназа ВМФ.

— Вот как? Тогда кое-что становится понятным. Наш друг сеньор Росоло слышал разговор Эверетта с закодированным абонентом и узнал, что эти люди отправились в Монтану, чтобы найти карту Падиллы. Короче говоря, Росоло пытался остановить их и, к моему горькому сожалению, потерпел сокрушительное фиаско. Его команде удалось убить лишь двух рейнджеров Национального парка, а до карты он так и не смог добраться. — Мендес в упор взглянул на капитана.

— А они нашли карту? — спросил Фарбо.

— Мы должны предполагать худшее, а значит, они сразу начнут действовать, это вне сомнения.

— Согласен, но, насколько я понимаю, эти люди не стесняются в расходах и карманы у них куда глубже, чем у вас, Мендес.

— Вижу, вы чуть ли не восхищаетесь ими. Между прочим, я придержал своих людей, хотя мог накрыть и вашу бывшую жену, и этого Эверетта еще в Нью-Орлеане. Да только какой смысл запирать ворота, если собака уже сбежала?

Фарбо на секунду закрыл глаза, чтобы успокоиться.

— Я скажу это только один раз. Никто не смеет трогать Даниэль, это ясно? Или повторить?

Ледяные голубые глаза полковника пригвоздили к месту Росоло, вскочившего было при такой наглой угрозе его боссу.

— Вот как? — поднял бровь Мендес.

— Я сам убью ее. — Фарбо откинулся в пластиковом кресле. — Но не вы, и уж тем более не он. — Полковник качнул головой в сторону Росоло.