Дэвид Голмон - Легенда

— Точно, — подтвердил он и снова заколотил кулаком в дверь.

— Я защищалась по теме «Колониализм Франции в Юго-Восточной Азии», в частности во Вьетнаме. Удивлены?

— Признаться, да. Я недооценил вас.

— Один-ноль в пользу противника, — прищурилась она, глядя ему в глаза.

— Какой баран там ломится?! — послышался голос из-за двери. — Это государственная собственность, понятно? Убирайтесь!

— Это старшина Дженкс во всей красе, слова доброго никому не скажет, — пробормотал Карл и, отступив от двери, гаркнул: — Придержите язык, старшина! Вы обращаетесь к офицеру военно-морского флота!

— Да насрать мне, даже если это сам Джон Пол, мать его, Джонс! Это мой проект, пускаю сюда, кого хочу!

Даниэль поднесла руку к губам, пряча улыбку.

— Я же говорил вам, что он не мать Тереза, — усмехнулся ей Карл и снова повернулся к двери. — Ладно, старшина, но здесь леди, которой нужно воспользоваться гальюном, она провела три с половиной часа в самолете.

— Леди? Хорошенькая?

Карл взглянул на Даниэль.

— Потрясающая, — ответил он и поспешно отвел глаза.

С минуту за дверью молчали, потом послышалось гудение электромотора, двери разъехались в стороны, а изнутри на гостей ревущей лавиной обрушилась композиция «Ганз энд Роузез» «Добро пожаловать в джунгли».

Карл даже попятился, но музыка стала тише, и, когда глаза привыкли к полумраку, Карл и Даниэль увидели, что большая часть помещения завешена громадным куском парусины, зацепленным за старые стропила здания. По бесконечной лестнице к ним спускался человек в грязной спецовке, вытирая промасленные руки куском красной тряпки.

— Ты кто такой и где эта женщина? — В тот же момент он увидел Даниэль. — Мать мою за ногу, ты был прав, она красотка.

— Флоту так и не удалось научить вас говорить прилично? — ухмыльнулся Карл.

Старшина долго присматривался к нему, и глаза его загорелись.

— Чтоб мне утонуть в тухлой воде. — Он схватил Карла в объятия. — Лягушонок, ты, что ли?

Карл покраснел при упоминании своей спецназовской клички, но тоже обнял старшину и хлопнул его по плечу.

— Для тебя капитан-лейтенант Лягушонок, старый морской черт.

Они снова обнимались и хлопали друг друга по плечам, пока Даниэль молча наблюдала за ними. Потом Дженкс отстранился от Эверетта.

— Эй, надеюсь, ты не стал геем и не запал на меня, сынок? Что-то ты уж слишком мял мою задницу, — ухмыльнулся он Карлу и перевел взгляд на Даниэль.

— Нет, не стал, и, к твоему сведению, ты нарушаешь устав, намекая о подобном офицеру, — засмеялся в ответ Карл и повернулся к Даниэль. — Это… — Карл помялся. — Моя подруга.

Дженкс окинул ее взглядом, уделив внимание груди чуть больше приличного. Он продолжал улыбаться, но руки не подавал.

— Как я уже говорил, она действительно красотка, — заявил он. — Но она еще и сыщик. Надо думать, кого приводишь сюда. — Он хлопнул Карла по плечу и пошел прочь.

— У него чутье на людей, — нахмурившись, шепнул Даниэль Карл. — Она не шпионит здесь, старшина, а работает по той же линии, что и я.

Дженкс остановился.

— И по какой же это линии? — спросил он, не поворачиваясь.

— Тебе будет достаточно, если я скажу, что все еще на флоте и мы хорошие парни.

Дженкс повернулся и взглянул ему в глаза.

— Ладно, ты, хороший парень, ну и какого черта тебе надо от меня?

— Мы прилетели специально, чтобы увидеть твой проект.

— Вы его не увидите, так что валите. Да он даже не закончен и никогда, мать его, закончен не будет, потому что флот спишет его. И его, и меня.

— Может, я смогу помочь, Дженкс, но дай сначала взглянуть на эту чертову штуку.

Старшина снял с коротко стриженных волос грязную бескозырку и вытер ею лицо. Потом достал из кармана спецовки окурок сигары. Карл, пряча улыбку, наблюдал за этими признаками того, что подозрительность Дженкса улетучилась и он расслабился.

— Ладно, но вы не заберете мой катер. Там еще кое-что доделать надо, так что он будет готов к плаванию по реке через… через… мать его знает сколько времени, а может, вообще никогда! — Дженкс махнул рукой и пошел к исполинскому куску парусины, закрывающему три четверти всего огромного зала. — Если, конечно, у тебя нет с собой чека на пять с половиной миллионов долларов.

Карл пошел следом за ним, Даниэль тоже не отставала.

— Как мило, так, значит, у вас в спецназе было прозвище Лягушонок? — промурлыкала она.

— Да, и я не хочу об этом говорить, — буркнул Карл, обходя большой пустой ящик с различными пометками на стенках, из которых одна сразу бросалась в глаза: «Обращаться осторожно! Лазерный прибор».