Дэвид Голмон - Легенда

Они проследовали мимо фасада с белыми колоннами, обогнули дом, и, повинуясь указаниям Комптона, Райан направил машину прямо в открытые ворота огромного добротного сарая. Едва они въехали туда, как ворота автоматически закрылись и на стенах зажглись несколько тусклых ламп.

Райан потянулся было отстегивать ремень безопасности, но Комптон перехватил его руку, и в тот же момент из спрятанного где-то в сарае динамика раздался громкий голос:

— Прошу оставаться в машине, лейтенант Райан.

Тот ухмыльнулся.

— ОЧП обожает такие штучки, да?

Найлз пожал плечами и отпустил его руку.

И тут Райан животом ощутил, что пол вместе с машиной быстро опускается вниз. Ему невольно стало не по себе, когда за окнами смутно замелькали конструкции темной шахты лифта, уносящего их в недра Вирджинии.

— Не нравится, мистер Райан? Как желудок? Не беспокоит? Так всегда бывает, если не знаешь, чего ожидать, а рядом сидит умник, желающий над тобой подшутить.

— Ладно, ладно, я извиняюсь за ту «бочку». Больше такого не повторится. Я все понял.

Найлз только улыбнулся в темноте.

На полукилометровой глубине лифт наконец остановился. Едва показались огни первого уровня, Райан увидел двух сотрудников ОЧП в форменных комбинезонах, ожидавших машину. Потом появились еще два сотрудника службы безопасности и открыли дверцы машины, словно приглашая Найлза и Райана в святая святых ОЧП, Первый комплекс, построенный еще в 1916 году.

— Добро пожаловать в хранилище, сэр.

— Благодарю вас, джентльмены. Это лейтенант Райан, один из офицеров нашей службы безопасности.

Райан коротко кивнул, оглядывая белые цементные стены первого уровня.

Капрал тщательно записал их имена в планшет.

— Куда направляетесь сегодня, сэр? — спросил он, вытянувшись перед Комптоном.

— В архив. Я так понимаю, что наш старый «Крэй» еще работает?

— Да. Мистер Голдинг постоянно проводит техническое обслуживание.

— Очень хорошо.

— Будете сегодня на уровне семнадцатом, сэр?

— Нет, мы не инспектировать приехали, — ответил Найлз, хотя с удовольствием показал бы Райану первые артефакты, добытые ОЧП. Не Ноев ковчег, конечно, поскольку его давно перевезли в более просторные и современные хранилища базы Неллис, нет, ничего такого крупного, а помельче, например облаченное в доспехи тело Чингисхана или мумифицированный труп Кочиса, вождя апачей, которого, по слухам, сохранили в таком виде сами апачи. Да только образцов чумы времен средневековья хватило бы, чтобы нагнать на Райана священный трепет. Но это все подождет, а сейчас у них мало времени.

— Есть, сэр, прошу сюда.

Найлз и Райан последовали за двумя сотрудниками службы безопасности и пошли по тоннелю, который вел их к тайнам, сотням и тысячам тайн, хранившимся здесь.

Карл вел машину мимо старых доков, словно по выставке истории флота, — крейсера, эсминцы, фрегаты распиливались здесь и шли на металлолом. Нет ничего больнее для сердца моряка, чем видеть эти прекрасные корабли, так бесславно заканчивающие свою жизнь.

Прибыв в Нью-Орлеан, они сразу заметили последствия урагана 2005 года. Но люди возвратились, чтобы восстановить его и вернуть ему былую славу самого веселого и беспечного города, каким он был раньше.

Чтобы помочь городу, флот вывел верфь из эксплуатации и теперь передавал ее в собственность городских властей, поэтому строения этого громадного комплекса давно не ремонтировались и пришли в упадок.

Карл припарковал машину у большого здания среди груды обломков старых кораблей и остовов всевозможных катеров. Одни были военными, другие вообще непонятных моделей, третьи больше напоминали металлолом. Из здания глухо доносился ритм «хэви метал».

— Ничего себе местечко выбрало ваше начальство, чтобы упрятать человека, — заметила Даниэль. — А вы говорили, что он был старшиной в спецназе флота.

Карл подошел к стальной двери и забарабанил по ней кулаком так, что внутри раздалось эхо.

— Он и до сих пор старшина и самый большой сукин сын из всех, кого я знаю. — Карл повернулся к Даниэль. — Он был в спецназе еще до того, как это стало престижно. Участвовал в рейде на Сон Бэй в семидесятом, еще до того, как я родился.

— Это когда спецназ пытался освободить ваших военнопленных?

На Карла произвела впечатление ее эрудиция.