Ли Чайлд - Гость

Дело Каллан начиналось с краткой выжимки из ее карьеры в армии. Карьера продолжалась четыре года, а выжимка заняла сорок восемь строчек печатного текста. В них один раз упоминалась фамилия Ричера, в самом конце, в связи со скандалом. Ричер поймал себя на том, что прекрасно помнит Эми Каллан. Невысокую, пухленькую женщину, веселую и счастливую. В свое время ему показалось, что она пошла в армию, сама точно не представляя, зачем. Это свойственно определенному типу людей. Тем, кто вырос в больших семьях, привык делиться с окружающими, в школе занимался спортом, неплохо учился, но не мечтал о карьере ученого, — этих людей как бы само собой сносит в армию. Они воспринимают ее как продолжение того, что им уже известно. Возможно, самих себя они не считают бойцами, но они знают, что в армии на каждого человека с винтовкой приходится сотня тех, кто занимается совершенно мирными профессиями.

Пройдя курс начальной подготовки, Каллан сразу же попала в управление боеприпасами. Через двадцать месяцев ее уже произвели в сержанты. Она перебирала бумаги и рассылала партии товаров по всему свету, совсем как ее коллеги, оставшиеся дома, но только товарами ее были не помидоры, туфли и автомобили, а пушки и снаряды. Каллан работала в Форт-Уайте рядом с Чикаго на оружейном складе, пропахшем оружейной смазкой и наполненном оглушительным грохотом погрузчиков. Первое время работа ее устраивала. Затем безобидные шуточки закончились, и капитан и майор начали все чаще переступать черту грязными намеками и непристойными жестами. Каллан ни в коей мере не была стыдливой фиалкой, и все же постоянные издевки и чересчур смелые мужские руки, лезущие туда, куда не следовало, привели ее в кабинет Ричера.

Уволившись из армии, Каллан уехала во Флориду, в небольшой городок на побережье Атлантики в сорока милях севернее того места, где цены начинают круто задираться вверх. Там она вышла замуж, там она развелась, там прожила еще год и умерла. В папке была масса записей и фотографий, объясняющих «где», но почти ничего относительно «как». Каллан жила в современном одноэтажном доме, спрятавшемся под крышей, крытой оранжевой черепицей. На снимках, сделанных на месте преступления, не было видно никаких следов взлома ни окон, ни дверей, никакого беспорядка внутри. Лишь ванная комната, выложенная белой плиткой, ванна, наполненная зеленой краской, и плавающее в ней обмякшее тело.

Вскрытие не дало абсолютно никаких результатов. Краска, прочная и износостойкая, обладала молекулярной структурой, специально разработанной для того, чтобы цепко хвататься и глубоко проникать во все поверхности, на которые ее нанесут. Краской были покрыты все сто процентов наружной поверхности тела; она также просочилась в глаза, нос, рот и горло. Удаляя краску, патологоанатомы вынуждены были удалить и кожные покровы. Никаких признаков внешних телесных повреждений обнаружено не было. Токсикологический анализ дал отрицательный результат. В сердце не было найдено следов инъекции фенола. Кровеносные сосуды не закупорены. Существует множество хитроумных способов лишить человека жизни, и флоридским патологоанатомам все они были известны, но тем не менее они не смогли обнаружить никаких признаков ни одного из них.

— Ну? — спросила Харпер.

Ричер пожал плечами.

— Насколько я помню, у нее были веснушки. После года, проведенного под солнцем Флориды, она должна была выглядеть очень хорошо.

— Она тебе нравилась.

Он кивнул.

— Она была отличной девчонкой.

Последняя треть папки была посвящена самым дотошным криминалистическим экспертизам, о которых Ричер когда-либо слышал. Анализы были в буквальном смысле микроскопические. Каждая пылинка, каждый волосок, бывшие в доме, были собраны с помощью пылесоса и подвергнуты доскональному исследованию. Однако никаких следов постороннего найти так и не удалось. Абсолютно никаких.

— Очень умный человек, — заметил Ричер.

Харпер ничего не ответила. Отодвинув папку с делом Каллан, Ричер раскрыл дело Кук. То же самое сжатое повествование. Единственное отличие заключалось в том, что Кук, судя по всему, с раннего детства была нацелена на армию. Ее отец и дед были военными, что, по мнению некоторых семейств, создает что-то вроде армейской аристократии. Кук очень быстро убедилась в том, что ее пол сильно мешает мечтам о карьере. В деле имелись указания на то, что ей неоднократно пришлось подавать заявления с просьбой зачислить ее в школу подготовки офицерского состава. Кук вынуждена была добиваться своего с боем.