Роберт Харрис - Индекс страха

— За мной нет нужды приглядывать… — начала Габриэль.

Однако она оказалась слишком потрясена, чтобы оказать серьезное сопротивление. Молча отдала телохранителю коробку, и тот отнес ее в ожидающий «Мерседес». Габриэль заявила, что сама сядет за руль и доедет до галереи. Но Жену настоял на том, что это небезопасно — ведь человек, напавший на ее мужа, все еще на свободе, — и его профессиональная настойчивость оказалась такой убедительной, что Габриэль снова согласилась.

— Просто блестяще, — прошептал Квери, подхватив Хоффмана за локоть, когда они выходили из зала для заседаний.

— Ты думаешь? А мне показалось, что в какой-то момент они перестали за мной следовать.

— Они были готовы потеряться, потому что знали, что рано или поздно все поймут, а остальное не имеет значения. И всем нравится толика греческой философии. — Он подтолкнул президента вперед. — Боже мой, старый Эзра — мерзкий тип, но я бы мог его поцеловать, когда он сделал устные подсчеты в конце.

Клиенты терпеливо ждали на краю торгового зала, за исключением молодого Херсхаймера и поляка Лукашински, которые повернулись спиной к остальным и с кем-то тихо говорили по сотовым телефонам. Хьюго переглянулся с Александром, и тот пожал плечами. Даже если они нарушили обещание хранить тайну, с этим ничего нельзя поделать. ДОН [29] Договор о неразглашении — юридический договор, заключенный двумя сторонами с целью взаимного обмена материалами, знаниями или другой информацией с ограничением к ней доступа третьим лицам. Данный тип соглашений служит для предотвращения утечки любой конфиденциальной информации: от производственных секретов до персональных данных. очень трудно использовать в суде без серьезных улик; к тому же уже все равно слишком поздно.

— Проходите сюда, пожалуйста, — позвал Квери, поманив их, как настоящий гид, и повел за собой через большой зал.

Херсхаймер и Лукашински быстро закончили разговоры и присоединились к группе. Эльмира Гюльжан в крупных темных очках автоматически заняла место во главе процессии. Кларисса Мюсар, в кардигане и мешковатых брюках, семенила за ней и выглядела как ее горничная. Хоффман инстинктивно посмотрел на тиккер «Си-эн-би-си», чтобы выяснить, что происходит на европейских рынках. Продолжавшееся целую неделю падение наконец прекратилось. Футси 100 [30] Ведущий индекс Британской фондовой биржи (лондонский биржевой индекс). Рассчитывается независимой компанией FTSE Group, которой совместно владеют агентство «Файненшл таймс» и Лондонская фондовая биржа. Считается одним из наиболее влиятельных биржевых индикаторов в Европе. поднялся на половину процента.

Они собрались вокруг монитора, который показывал текущие операции. Один из аналитиков освободил свой письменный стол, чтобы не мешать остальным смотреть на монитор.

— Вы видите ВИКСАЛ-4 в работе, — сказал Хоффман, который встал так, чтобы не закрывать собой экран. Он решил не садиться, чтобы они не увидели рану у него на голове. — Алгоритм выбирает, что нужно покупать. На левой стороне монитора выводятся названия отложенных ордеров. Справа — уже исполненных. — Он подошел ближе, чтобы прочитать цифры. — Ну, вот пример… — начал он и замолчал, удивленный объемами торгов; на мгновение ему показалось, что запятая стоит не на своем месте. — Вот видите, у нас опцион на продажу полумиллиона акций «Аксенчер» [31] Консалтинговая компания, оказывающая услуги организациям по консультированию в сферах стратегического планирования, оптимизации и организации аутсорсинга бизнес-процессов. по пятьдесят два доллара за штуку.

— Ничего себе, — заметил Эстербрук. — Очень серьезная сделка за такое короткое время. Вам известно нечто об «Аксенчер», чего не знаем мы?

— Финансовые доходы за второй квартал — понижение на три процента, — по памяти начал цитировать Клейн, — доходы шестьдесят центов на акцию: не слишком хорошо, но логики я не понимаю.

— Ну должна быть какая-то логика, — вмешался Квери, — в противном случае ВИКСАЛ на это не пошел бы. Почему бы тебе, Алекс, не показать что-нибудь еще?

Хоффман поменял картинку на экране.

— Ладно. Вот, видите, еще одна продажа без покрытия, которую мы выставили сегодня утром: двенадцать с половиной миллионов акций «Виста эруэйз» по семь евро за акцию.

«Виста эруэйз» — дешевая высокообъемная авиалиния, которую никто из присутствующих не считал идеальным выбором.

— Двенадцать с половиной миллионов? — повторил Эстербрук. — Серьезный объем. У вашей машины есть яйца, надо отдать ей должное.