Рассел Эндрюс - Икар

А потом она вдруг обнаружила, что о ее тайне известно еще одному человеку. Она рассказала ему о своем прошлом, об отце, о том, как он ночью прокрадывался в ее комнату. О разводе родителей, об отчиме, о религиозности матери, о самоубийстве сестры, о пьянстве второй сестры. Да-да, она все рассказала ему о том, какой была раньше. И он сам догадался, какой она станет впоследствии. Каким-то образом сам понял. Наблюдал за ней, когда она смотрела на свое отражение в зеркале. Она заметила, что он стоит на пороге ванной комнаты, обернулась, а он сказал: «Боишься». Сказал так просто, легко. И не как вопрос он это произнес, а скорее как ответ.

«С какой стати мне бояться?» — дерзко спросила она и забросила за спину свои мелированные тяжелые волосы. Мужчины таяли, когда она вот так забрасывала волосы за спину, особенно с тех пор, как она сделала мелирование.

А он не растаял. Просто еще на несколько секунд задержал на ней взгляд, а потом сказал: «Потому что ты достаточно догадлива и знаешь, что с тобой произойдет».

Ей хотелось спросить: «О чем это ты? Что такое со мной произойдет?». Но она не стала спрашивать, потому что он был прав. Она уже все знала сама.

Точно так же, как он знал, что она недостаточно красива.

В этот момент она впервые поняла, что влюблена в Кида.

И еще она впервые поняла, на что способна.

Она впервые подумала о том, что могла бы убить его.

Es verdad.

Кроме шуток, могла бы его убить.

Убийца

Она поверить не могла, что ее жизнь складывается так удачно.

Пока был не денек, а просто мечта. Она проснулась одна, и это ей понравилось. Она совершила утреннюю пробежку — обежала весь Центральный парк по кругу два раза. Она бежала легко, голова у нее была светлая, ей удавалось сосредоточиться на том, чем она занимается. Она ровно дышала. Вдох — выдох. Левой, правой. Она держала удобную скорость, ни с кем не соревновалась. Покинув парк, она перешла на быстрый шаг за квартал до своего многоэтажного дома. Она обожала жить в Верхнем Уэст-сайде — что могло быть лучше? Войдя в подъезд, она улыбнулась консьержу, поднялась на почти бесшумном лифте и вошла в любимую квартиру. С минуту она побродила по квартире, любовно прикасаясь к картинам на стенах, к куску индийской ткани, натянутому на раму и повешенному на стену в гостиной над элегантным диванчиком в стиле «Shabby Chic». [26] «Потертый шик» (англ.). Название фирмы, основанной дизайнером Рейчел Эшвелл в 1989 году. Главный принцип стиля — простота, удобство, функциональность, уют. В доме в стиле Shabby Chic старые вещи и покупки с «блошиного рынка» соседствуют с новыми — лишь бы хозяину было удобно. Она прикасалась к этим вещам, и они словно оживали, становились для нее реальными. Так для нее обретала реальность ее теперешняя жизнь.

Еще вечером она измельчила в кофемолке темные кофейные зерна французской зажарки и теперь засыпала кофе в верхний контейнер сверкающей черной кофеварки «Cuisinart», добавила туда же совсем немножко корицы и ванили, после чего осталось залить в кофеварку четыре чашки воды и щелкнуть рычажком включения. Аромат готовящегося кофе сразу наполнил кухню, а она тем временем сняла промокшую от пота одежду, бросила на пол в гостиной, вбежала в ванную, включила горячий душ и постояла под приятно обжигающими струйками. Она яростно растерла все тело мочалкой и два раза вымыла волосы шампунем.

Чистую одежду она приготовила с вечера — она давно пришла к выводу, что организованность и порядок лучше, чем наоборот, — и после душа надела деловой костюм. Вечером ей предстояло руководить вечеринкой, и до этого времени домой зайти она не могла, так что нужно было выбрать что-то подходящее и для работы, и для вечера. Черная юбка с тонкими полосками была достаточно короткой и приоткрывала ноги ровно настолько, чтобы это выглядело сексуально и привлекательно, но при этом была не настолько облегающей, чтобы женщину обвинили в недостатке вкуса. Подобранный по цвету пиджак консервативного фасона был прелестно притален. Она оставила две верхние пуговицы незастегнутыми, чтобы была заметна ее длинная изящная шея и уголки ключиц. Вопреки консерватизму покроя пиджака она не стала надевать под него блузку. Пусть все гадают, есть там что-то под пиджаком или нет. Еще кое-что она поняла давным-давно: загадочность лучше, чем ее отсутствие.

Затем она надела туфли на двухдюймовых каблуках с ремешками на щиколотке. Ей предстояло весь день провести на ногах, но она решила не надевать обувь на низком каблуке. За счет дополнительных дюймов ее рост увеличился до пяти футов и пяти дюймов, и она решила, что это вполне достойный рост.