Питер Абрахамc - Репетитор

Руби прошла в комнату Брэндона, порылась в ящиках его письменного стола, где царил жуткий бардак, потом посмотрела на кровати и на полу. Объявлений нигде не было. Ни капельки не раздумывая, она залезла в его рюкзак. Там объявлений тоже не было. Где же еще поискать? Она спустилась вниз и прошла в гардеробную. Школьная куртка Брэндона висела на вешалке. Она обшарила карманы. Там не было объявлений. Там вообще ничего не было.

А что это там? Она нащупала что-то твердое между подкладкой и кожей или кожезаменителем. Она потрогала найденный предмет: ампула без всякого сомнения. И еще несколько зашиты под подкладкой.

Руби пошла на кухню. Когда она брала ножницы из шкатулки для шитья, она услышала, как Джулиан говорил в столовой:

— Может быть, нам стоит съездить в какой-нибудь колледж?

— Замечательно. Давайте составим список.

Вернувшись в гардеробную, Руби чуть-чуть распорола шов на подкладке. Ее ничто не остановит. Она увидела то место, которое распорол Брэндон, а потом зашил нитками похожего цвета, но все-таки чуть темнее. И когда это Брэндон научился шить? А потом она подумала: Триш. Ей нравилась Триш. Неужели это и впрямь невозможно — видеть людей насквозь?

Руби выдавила склянки из-под подкладки. Одна, две, три. Их тут целая дюжина. Похоже, он торгует. Руби сложила их в свою шапку, обула ботинки, надела куртку и вышла из дома.

Ночь была темной. Не было ни луны, ни звезд. Она вдруг поняла, какое чувство испытывают люди, потерявшие руку или ногу. Оказавшись одна на улице в такую ночь без Зиппи, она почувствовала, что его призрак где-то рядом, у ее ноги, но сейчас он почему-то вел себя тихо и не смел шалить. Руби направилась в лес, к пруду. Она выбросила первую склянку и вдруг вспомнила, что пруд покрыт льдом. Но, должно быть, на улице потеплело, и лед растаял, потому что она слышала всплеск. Она выбросила все остальные. Двенадцать ампул утонули, и она отправилась домой.

Она вышла из леса и оказалась прямо за домом там, где лежала поленница дров. Тут она заметила какой-то огонек. Сначала она подумала, что это в доме, но потом поняла, что огонек мерцал на улице и исходил он от какой-то фигуры, стоявшей у кормушки.

— Джулиан, ты куришь?!

— Боже мой, Руби. Как ты меня напугала!

Огонек покружился в воздухе и упал где-то неподалеку.

— Прости, — сказала Руби.

— Я просто тебя не заметил. Ты что, ходила гулять так поздно?

— Искала Зиппи.

— Понятно.

От него пахнуло табаком.

— Я не могу найти слов, чтобы выразить свое сожаление по этому поводу.

Она больше не хотела его слушать.

— Я не собираюсь прекращать поиски.

— Я тоже, — ответил Джулиан.

— Спасибо, — поблагодарила Руби.

По крайней мере он пытается помочь. Не то что члены ее семьи. Но он курит. Руби была поражена.

Вторник был неполным учебным днем. Учителя снова проводили совещание по поводу единых тестов. Брэндон очень любил неполные дни. Уроки пролетали совсем незаметно. Иногда учителя показывали какой-нибудь фильм в такой день или позволяли им обсуждать волнующие их темы. А днем, пока родители были на работе, они устраивали вечеринки. Сегодня все по-другому: Джулиан и Брэндон ехали на экскурсию в колледжи.

Триш передала ему записку во время урока английского языка: «унка дет в коме» .

Он написал: «угу» — и передал ее обратно. Мистер Монсон раздавал тесты по грамматике и лексике, которые они писали на прошлой неделе. Триш передала ему еще одну записку: «сегодня днем у тебя или у меня?» Он написал: «не могу» и повернулся, чтобы передать ее.

— Надеюсь, я тебе не мешаю, Брэндон? — сказал мистер Монсон.

— Нет, — ответил Брэндон.

— Может быть, содержание этого послания будет всем интересно? — спросил учитель.

— Нет.

— Точно? Ты точно понимаешь, о чем я говорю? Ты знаешь, что значит послание?

— Записка. Письмо, — ответил Брэндон.

Мистер Монсон поднял брови:

— В последнее время ты меня очень удивляешь.

Он положил листочек с тестом на парту Брэндона. Сверху стояла оценка: 100 баллов. Это была первая оценка «отлично», которую он получил в старшей школе.

— Кушаешь «Уитиз»? [27] Товарный знак одного из первых видов сухого завтрака в виде пшеничных хлопьев с витаминно-минеральными добавками производства компании «Дженерал миллс». Выпущен на рынок в 1924 году, с 1933 года известен рекламный лозунг «Завтрак чемпионов», который сохранился до наших дней. Или так больше не говорят?

Кто-то заржал.