Андреас Вильгельм - Проект Вавилон

— Истинную Тору?

— Или Вечную Тору. Мудрость Бога. Да. Лютер знал приемы каббалы и посвятил свою жизнь изучению Пятикнижия Моисея.

— Книги Моисея относятся к Ветхому Завету. Но Лютер был известен как реформатор, основатель протестантизма. А в протестантизме основополагающим как раз является Новый Завет.

— Вы абсолютно правы, — согласился Сэмюель, — потому что Лютер умел мастерски связывать факты. Он ничего не пускал на волю случая. Его невезучего предшественника Яна Гуса еще в 1415 году сожгли в Констанце. Но Лютер точно знал, что за ересь его не сожгут на костре ни в Германии, ни в Риме, если он хитро обстряпает это дело. Итак, ему удалось потребовать у католической церкви, чтобы его остроумные тезисы были приняты во имя науки. Конечно, он хорошо знал, что в теологическом диспуте с ним никто не мог сравниться. Сегодня можно с уверенностью сказать, что он был абсолютным гением в области пиар-технологий. Он смог превосходно подать себя и как бы играючи создать рекламу не только себе, но и своему делу во всем христианском мире.

— Но большинство людей полагают, что вызов, брошенный им, а в конечном итоге — раскол католической церкви были непреднамеренными. Да и какую цель он мог преследовать? Пусть даже он был скрытым мистиком или оккультистом — такое общественное внимание вряд ли могло быть ему на руку.

— На первый взгляд это действительно так, но Лютер ставил перед собой другие задачи. Его радикальные мысли послужили катализатором в неспокойное время. Критика католической церкви была не случайной и оказалась на злобу дня. Это послужило ему отличным плацдармом для последнего решительного удара: он перевел Библию на язык народа. Гениально. Шах!

— Если честно, — сказал Патрик, — я не во всем согласен с вами… Шах? Когда в шахматах вы делаете шах, то концентрируете все свое внимание на короле. У вас нет другого выхода, кроме как убрать или нейтрализовать короля противника.

— Лютер сделал то же самое. Он сконцентрировал внимание общественности на собственной персоне благодаря изощренным интригам. Переведя Библию, он сделал очень последовательный шаг в этой игре, и Библия Лютера стала визитной карточкой Лютера-реформатора. Но на самом деле этим переводом он добился совершенно другой цели.

Сэмюель достал огромную книгу в металлическом переплете. И когда он открыл ее, оказалось, что внутри лежали бесценные пергаменты, исписанные древнеиудейским шрифтом. Каждый лист был аккуратно упакован в прозрачный файл.

— Он добился того, что древние письмена ушли из поля зрения общественности.

Питер и Патрик наклонились, чтобы поближе рассмотреть бумаги. Они напоминали «Рукописи Мертвого моря» или похожие документы библейского времени.

— Сами подумайте, — продолжил Сэмюель, — книгопечатание уже открыли. И с каждым днем печаталось все больше и больше. Когда-нибудь и копии Ветхого Завета на древнеиудейском языке разошлись бы по миру тысячными тиражами — это был только вопрос времени. Но так как наряду с латинской Библией существовала Библия на языке народа, совершенно закономерно, что интерес к древнеиудейскому языку становился с каждым годом все меньше. Лютер изучал Тору на протяжении нескольких десятилетий и позаботился о том, чтобы результаты его труда не смогли легко попасть в плохие руки. Благодаря ему, еще долгое время каббала была доступна лишь посвященным, самым прилежным ученикам. И Тора могла оберегать свои священные тайны и дальше.

Он сделал паузу.

— Итак, если я правильно вас понял, — сказал Патрик, — вы считаете, что Мартин Лютер был простым каббалистом?

— Совершенно верно.

— А «Миссия света» использует каббалу, чтобы следовать ему.

— Да, мы используем каббалу, так же как и «Братство истинных наследников креста и розы», и многие другие сообщества. Однако не все из них идут по следам Лютера.

— Видимо, Рене Колладон тоже нет. Верно? Как такое может быть?

— Ее ложа не очень старая, что бы вам ни говорили. Когда-то это была абсолютно обычная масонская ложа, коих в мире очень много. При ее основании были использованы разного рода мистические приемы. Именно это сейчас и исследует Рене. И, как мы видим, не очень-то успешно.

— Вот что меня интересует, — сказал Питер. — Предположим, что все, что вы только что сказали, соответствует истине. Это значит, вы только что открыли нам истинную, тайную историю Мартина Лютера, которую никто не знает. И что же должно удерживать нас или даже вас лично от того, чтобы поведать это всему миру? Как у вас хватает смелости так просто открыть сногсшибательную тайну, которая может подорвать основы церкви?