Джонатан Келлерман - Доктор Смерть

Два стула были заняты. На них сидели Эрик и Стейси.

Стейси молча посмотрела на меня.

— Убирайтесь, — бросил Эрик.

— Эрик... — начала было Стейси.

— Пусть убирается отсюда к такой-то матери, — и не спорь, Стейси. Он с ними заодно, ему нельзя доверять.

— Эрик, — сказал я, — понимаю, ты решил...

— Хватит! Жирный фараон твой друг, и ты подставил моего отца, мать твою!

— Позволь мне...

— Пошел к такой-то матери! — рявкнул Эрик.

Вскочив, он бросился на меня. Стейси вскрикнула. Прилившая к лицу Эрика кровь окрасила его кожу в шоколадный цвет. Глаза округлились от бешенства, кулаки судорожно сжались, и я понял, что он собирается меня ударить. Я отступил назад, приготовившись защититься, не делая ему слишком больно. Стейси издала пронзительный кошачий вой, наполненный страхом. Я успел выскочить за дверь, а Эрик, остановившись на пороге, погрозил мне кулаком. Губы у него были покрыты пеной.

— Не смей больше соваться к нам! Мы сами о себе позаботимся! Стейси стояла у него за спиной, уронив голову и закрыв лицо руками.

— Мы больше не нуждаемся в твоих услугах, трахнутый неудачник! — бросил на прощание Эрик.

Я ехал домой, пытаясь удушить холодными руками рулевое колесо, чувствуя, как старается вырваться из груди бешено колотящееся сердце.

Надо забыть о детях. Теперь они уже не моя забота. Необходимо сосредоточиться на фактах.

Майло прав. Все факты сходятся. Нюх полицейского сразу указал Майло на Ричарда. Если быть честным, и мой тоже. Впервые услышав о смерти Мейта, я сразу же подумал о Ричарде. Я бегал от правды, прятался за отговорками профессиональной этики, но теперь пришла пора взглянуть правде в глаза.

Я вспомнил злорадство Ричарда по поводу убийства Мейта: «Это был просто праздник. Наконец-то сукин сын получил по заслугам». Наконец-то. Значило ли это, что после неудачи с Гоадом Ричард обратился к кому-то еще?

Мотив, средства. Возможность перепоручить дело кому-то другому. Наготове алиби. Майло сразу заподозрил Ричарда. Такие люди делают грязную работу чужими руками.

Неужели, несмотря на все мои теории относительно кооптации и издевки, кровавое преступление в фургоне сводится к обыкновенной мести?

Но почему? Что могло заставить такого умного человека, как Ричард Досс, рисковать так сильно только ради того, чтобы расквитаться с тем, кто лишь помог его жене осуществить ее последнее желание?

Проблемная недвижимость. Человек, процветающий на затруднениях других. Не пытался ли Ричард бежать от правды? От того факта, что Джоанна начисто исключила его из своей жизни, предпочла смерть в дешевом мотеле жизни вместе с мужем в роскошном особняке?

Умереть в обществе другого мужчины... интимная близость смерти. Феминистский журнал, задававшийся вопросом о преобладании женщин среди «путешественников» Мейта, рассуждал насчет сексуальных обертонов самоубийств, осуществленных с посторонней помощью. Быть может, Ричард увидел в последней ночи Джоанны самую страшную форму измены? Такая возможность существовала, но мне она казалась уж слишком... притянутой.

Стоит ли Ричард за фальшивой книгой и сломанным стетоскопом? «Док, твоя карьера закончена».

Мое беспокойство росло. Мне стало не по себе. «Счастливого пути, ненормальный ублюдок...» Почему через неделю после убийства Ричард связался со мной? Действительно ли его волновало только будущее Стейси, которой предстояло поступать в университет, как он утверждал? Или же, зная об аресте Квентина Гоада, Ричард готовился именно к тому, что в конце концов и произошло?

Он попросил меня встретиться и с Эриком.

Присмотри за детьми в мое отсутствие... Вот как все сложилось.

Но тут мысли завели меня совсем в плохое место. Эрик, разговор о чувстве вины и искуплении.

Правильный ребенок, одаренный первенец, взявший академический отпуск, чтобы ухаживать за больной матерью так и не смог свыкнуться с неизбежным. Он сбегает из общежития, просиживает всю ночь один в глухом месте... одержимый чувством вины, единственным, что он испытывает?

Соучастие. Неужели его отец настолько жесток, настолько глуп, что втянул в преступление своего сына?

Я дал волю фантазии, рассуждая, может ли Эрик быть убийцей Мейта. Теперь, после того как я лично был свидетелем его вспышки гнева, эти предположения приобретали больший вес.

Сделка с Гоадом лопнула, поэтому Ричард решает в будущем не выходить из семейного круга.