Пол Галлико - Посейдон

— Ох уж этот проклятый халат! — поморщилась Нонни.

— Так снимай его! — усмехнулась Линда.

Нонни промолчала. Она только на мгновение ощерила свои белые зубки, после чего, не говоря больше ни слова, начала подниматься наверх. И хотя она еще раз проверила, надежно ли держатся подтяжки Хьюби, ставшие пояском, халат все же сильно распахнулся у нее на груди.

— Ну, на этот раз повезло старикашке Шелби, — хихикнула Линда. — Прикиньте, какой у него оттуда вид получается. Правда, смотреть там не на что, но все-таки…

Нонни, очутившись наверху, помахала рукой Мюллеру:

— Фея добралась благополучно и ждет своего эльфа.

— Может быть, сначала вы, миссис Рого? — спросил Скотт, обращаясь к Линде.

— Я очень боюсь! — сразу заверещала та. — Мне нужна будет помощь. Вы могли бы поддержать меня?

Рого тут же выступил вперед, но Линда отмахнулась от него:

— Да нет же, не ты, а он!

И она попробовала встать на первую опору.

Оставшись в белом бюстгальтере и трусиках, она стала похожа на цирковую акробатку. Линда взялась одной рукой за вентиль трубы, Скотт схватил другую и толчком подсадил женщину чуть повыше.

— Вот это силища! — восхищенно прошептала Линда. Она скользнула на несколько футов вверх и застряла. Ее попка оказалась перед лицом Скотта. — Я боюсь забираться дальше, — заверещала Линда. — Подставьте же что-нибудь, на что можно опереться.

— Вот ведь сучка! — пробормотал себе под нос Весельчак. — Она же просто издевается над ним!

Но Скотт, ни секунды не раздумывая, положил свою громадную ладонь под ее ягодицы и одним движением руки приподнял Линду. Она чуть ли не подпрыгнула наверх, как кошка, которую перебрасывают через забор. — Ух, ты! А поосторожней нельзя было? — И через мгновение она была уже у цели.

— Можно, теперь я? — попросила мисс Кинсэйл.

Мужчины удивленно повернули головы, услышав женский голос. Про Мэри почему-то все забыли.

— Вы сами справитесь? — поинтересовался Скотт.

— Разумеется. Девочкой я очень любила лазить по деревьям, — пояснила мисс Кинсэйл. — А эти трубы и есть нечто вроде дерева, правда? К тому же, доктор Скотт был настолько предусмотрителен, что сделал нам еще дополнительную «ветку» из топорика. Нет-нет, помощь мне совершенно не нужна. Правда, я хотела бы на время отдать кому-нибудь из вас свои туфли. Если это не затруднит, конечно…

Она сияла обувь и ловко взобралась по трубам, идеально рассчитав каждое движение. Впрочем, ничего другого от нее и не ожидали.

Затем Скотт обратился к оставшимся внизу мужчинам:

— Ну, ребята, теперь действуйте вы. Мы и так потеряли на этой операции слишком много времени.

Сам он взбирался наверх последним. При этом священник не забыл вытащить топорик и прихватить его с собой.

Итак, путешественники благополучно совершили очередное восхождение и очутились в мрачном длинном и довольно широком коридоре.

Белль Роузен продолжала плакать. Рядом с ней сидел ее муж и тщетно пытался успокоить свою супругу.

— Ну хватит, мамочка! Все уже позади, и у тебя все отлично получилось.

— Мне очень стыдно, — стонала Белль. — Мне так стыдно!

— Стыдно? — удивился Мэнни. — Чего тебе стыдиться? Ты была великолепна. Чего же тут стыдиться?

— Я промочила трусы, — продолжала рыдать Белль. — Я ничего не смогла с собой поделать. Теперь мне стыдно смотреть в глаза своим друзьям. Я, как грудной младенец, не могла удержать в себе жидкость. Ну что они теперь обо мне подумают?

— Ничего, мамочка. Ерунда какая! Ну и что с того? Кому какое дело? Говорю тебе, ты была просто великолепна. — Он вызывающе посмотрел по сторонам, словно проверяя, не усомнился ли кто-нибудь в правоте его слов. — Она была великолепна, верно ведь? Просто великолепна!

Как ни странно, ему ответил всегда молчаливый сдержанный Мартин:

— Это правда, — кивнул он. — Вы были великолепны, миссис Роузен.

Как выяснилось, «Бродвей» представлял собой не только широкий внутренний проход вдоль всего корабля, о чем рассказывал Эйкр. От центрального коридора в разные стороны отходили многочисленные «переулки» и «тупики», где располагались складские помещения, холодильники и другие комнаты, где хранились запасы съестного.

В обычные дни здесь можно было встретить множество людей. Кладовщики, мясники, пекари, матросы, горничные, механики, официанты и многие другие по долгу службы сновали по «Бродвею». Все они прекрасно ориентировались в коридорах и закоулках «Бродвея». Но теперь случилось непредвиденное: страшная катастрофа многих погубила, те же, кто остался в живых, пытались найти путь к спасению.