Дэвид Моррелл - Братство Камня

Первый покачал головой.

— Ты думаешь, что мы здесь идиоты. Мы знаем, что ты прекрасно ориентируешься в горах. Поэтому тебя и выбрали на такое задание. Тебя увидел ребенок. Поэтому ты предал нас? Ты испугался?

— Я не испугался. Я сказал вам правду!

— О, конечно. Но посмотрим, что расскажешь ты, когда начнет действовать амитал. Просто чтобы ты знал — второй взрыв необходим. Ставки были слишком велики.

Во рту у него накопилась кровь, он выплюнул ее в носовой платок.

— Никто мне ничего не объяснил.

— Иран, — сказал второй.

— Подождите, — перебил отец Станислав. — Вы хотите сказать, что они рассказали вам о цели вашего задания.

— Они рассказали мне все.

— О Боже!

— Да, я подумал то же самое. Я услышал то, что не должен был бы знать.

— Следовательно, они не собирались выпустить вас живым из этого дома.

— Похоже, что так. До этого я думал, что мои шансы остаться в живых пятьдесят на пятьдесят. Если я сумею их обмануть. Но потом, когда они стали мне все рассказывать…

— Иран, — сказал второй. — Народ бунтует. Шаха вот-вот свергнут. Возник вопрос, кто займет его место. Человек, которого ты убил в горах (и его жену, и чуть было не убил его сына, подумал Дрю), притворялся, что приехал во Францию, чтобы провести здесь отпуск. На самом деле он прибыл, чтобы представлять американские нефтяные интересы и вести деловые переговоры с будущим правителем Ирана. Ты знаешь, конечно, о ком я говорю.

Дрю удивленно покачал головой.

— Откуда мне это знать?

— Хватит. Конечно, ты знаешь его. Поскольку продался ему. Мусульманский фанатик в изгнании. Аятолла Хомейни. Он живет здесь, в Париже. Ион хуже, чем шах. По крайней мере шах настроен проамерикански. Аятолла против Америки. Что же нам оставалось делать? Позволить, чтобы Иран — и вся эта нефть — достались кому-то другому?

Первый прервал его.

— Ты должен был убить этого американского представителя, а затем Аятоллу. Взорвать их обоих. И документально подтвердить это кинокадрами. Мы хотели, чтобы все выглядело так, будто оба взрыва произведены одними и теми же людьми. Фотографии должны были разослать крупнейшим газетам одновременно с хвастливым заявлением Народного Движения Ирана.

— Я никогда не слышал о таком, — сказал Дрю.

— Конечно, не слышал. Потому что его не существует. Мы его придумали. Но какая разница? В заявлении говорилось бы, что Аятолла и представитель американских нефтяных компаний были уничтожены, так как хотели заключить сделку о замене шаха на подобное же репрессивное правительство. И когда возмущение в Иране достигло бы своего апогея, власть в свои руки должен был взять ближайший к Аятолле популярный деятель. Но он сделал бы то, что следовало бы сделать Аятолле. Он сотрудничал бы с западными нефтяными компаниями.

Отец Станислав кивнул.

— А поскольку были убиты американцы, никто не заподозрил бы, что здесь замешана Америка. Это вполне могло сработать.

— Если бы…

— Если бы не вы.

— Конечно, из-за меня возник кризис с американскими заложниками в Иране, вторжение Советов в Афганистан, победа Рейгана над Картером…

— Это могло бы сработать! — воскликнул первый, с лицом, искаженным злобой. — Но проблема была в одном. Все зависело от графика. Сорок восемь часов от одного взрыва до другого, но ты не выдержал расписания! Мы точно знали, что за эти два дня ты сможешь осуществить оба взрыва — и американца, и Аятоллы. Мы изучили их маршруты. Мы определили места, где их было легче всего поразить!

Дрю пытался отвести от себя обвинения.

— Вы должны были предусмотреть возможность непредвиденного. Если так важен был временной расклад, почему было не дать второе задание другому оперативнику?

— Потому, тупой ублюдок, что это должен был сделать один человек! Из-за камеры! Оба взрыва необходимо было зафиксировать на одной и той же пленке. Фотографии и негативы, отосланные в прессу, должны были располагаться в определенной последовательности, чтобы показать Ирану, что именно тот, кто убил американца, убил и Аятоллу. Иранцы должны были поверить, что за оба убийства ответственна одна из собственных групп.

— Что толку упрекать меня? Вот вам камера. Осуществите вторую часть плана.

Первый вздохнул и посмотрел на своего товарища.

— Ты слышишь, что он говорит? Он думает, что так просто все это сделать снова! Мы не можем это повторить! Слишком поздно! Аятолла окружил себя охраной, к нему теперь не подступиться. Сейчас не подойдешь так близко, чтобы воспользоваться кинокамерой. Теперь первое убийство оказалось бесполезным. И ты виноват в этом! Дрю услышал, как мальчик плачет от горя.