Урсула Познански - Эреб

С каждым шагом Ксоху слабеет. Из нескольких его ран сочится кровь; он вяло отбивается от наскоков ЛордНика. В конце концов хватает одного удара щитом, и Ксоху валится наземь.

— Победитель — ЛордНик, — объявляет Пучеглазый. — Он получает два уровня и двадцать пять золотых монет.

На доспехах Ксоху проступает цифра II. Похоже, шок от этого события придал ему новые силы: он снова поднимается и вонзает меч в ногу ЛордНика. Его противник, не ожидавший такого, отпрыгивает, оставляя на песке широкий кровавый след. На мгновение оторопев, он выхватывает оружие и наносит Ксоху рубящий удар в живот.

Один, другой — и на поясе темного эльфа не остается даже красной точки. Ксоху падает на песок арены и замирает. Со всех сторон доносится оглушительный рев зрителей. ЛордНик делает шаг назад; он тяжело дышит, видно, как его грудь то вздымается, то опускается.

Ксоху ведь не умер? У Сария внутри все холодеет. Наверняка же нет, ну наверняка же на поясе эльфа осталась хоть одна красная полоска? Этого достаточно, чтобы подошел Вестник и взял его с собой, чтобы вылечить. Так ведь и будет, разве нет?

«У тебя есть только один шанс сыграть», — нашептывает кто-то на ухо Сарию. Он в самом деле это слышал? Или ему мерещится?

Да какая разница? Ксоху не шевелится, не шевелится даже тогда, когда церемониймейстер вначале осторожно, а затем энергично толкает его посохом. На пучеглазом лице появляется ухмылка. Распорядитель оглядывает публику взглядом, а затем большим пальцем левой руки проводит по шее, словно перерезая себе горло.

Куда же запропастился Вестник? На зрительном ряду за варварами он не сидит, за ящерами его тоже нет… Но что, если он подыскал себе место прямо за темными эльфами? Сарий поворачивает голову, осматривает сидящих, отводит взгляд при виде человека-паука, снова быстро оборачивается и вдруг видит: в третьем ряду между женщиной, у которой вместо волос вьются змеи, и мужчиной с тремя глазами восседает знакомая тощая фигура. Лицо скрывается в тени капюшона, но желтые глаза светятся, словно крохотные мерцающие свечи на крышке гроба. Похоже, Вестник даже пальцем пошевелить ради Ксоху не собирается.

Эльфа уносят. Два стражника хватают его за ноги и волокут труп прямо по песку. Остается лишь широкий кровавый след.

Сарий растерянно смотрит в их сторону. Все это так по-настоящему. Просто чертовски по-настоящему. Страх возвращается к нему с удвоенной силой, он боится, что не покинет арену живым, а когда церемониймейстер снова выходит на середину, Сарий чуть не молится о том, чтобы его не вызвали.

Его желание исполняется. Когда Пучеглазый называет следующее имя, можно буквально услышать, как у всех перехватывает дыхание.

— КровоПуск.

Тот появляется с топором, мечом и щитом, небрежно переброшенным за спину. На мгновение Сарию на ум приходит безумная мысль о том, что бы он делал, если бы варвар выбрал его, хотя такого и не может случиться. Он же всего лишь на третьем уровне, а КровоПуск, вероятно, на каком-нибудь чертовом девяносто пятом или каком там еще.

Варвар и полуобнаженный церемониймейстер почти одинакового роста. КровоПуск буквально пышет энергией, не может ни мгновения стоять спокойно. Оружие в его руках дрожит, словно живое.

— Выбери своего противника.

КровоПуск не медлит ни секунды:

— Я вызываю Бероксара. Я намерен занять его место во Внутреннем Круге.

Арена замирает, как исполинский зверь, свернувшийся в кольцо. Если бы тут повсюду не лежал песок, то можно было бы расслышать даже звук падающей иголки. Один из двух варваров на золотом постаменте приподнимается.

Нелогично, думает Сарий. На месте КровоПуска я выбрал бы человека-кошку или женщину — темного эльфа.

Соперники практически одинакового роста. Бероксар вооружен изогнутым мечом и щитом размером со столешницу. Его шлем похож на голову акулы и доходит хозяину до плеч, защищая даже часть спины.

— Что ты потребуешь от КровоПуска в случае, если он проиграет?

— Быть моим рабом в течение двух недель и отдать шесть уровней.

Шесть! Однако если КровоПуск взволнован, то по нему этого не заметно. Он торопливо кивает и занимает позицию. Готовясь к схватке, Бероксар взмахивает мечом; рассекаемый воздух жужжит, словно рой пчел.

Пару следующих минут Сарий не способен ни о чем рассуждать. Поединок заставил его позабыть обо всем, даже о собственном страхе. Ни на мгновение варвары не выказывают своей слабости. Они кружат друг возле друга, совершают короткие молниеносные выпады и защищаются с одинаковым искусством. Кривой меч Бероксара выписывает серебристые узоры возле своего соперника. КровоПуск, размахивая топором около своей головы, мечом пытается выискать брешь в обороне Бероксара. Ее, похоже, нет. Этот поединок напоминает танец, где поочередно то один, то другой ведет партнера. Так продолжается до тех пор, пока КровоПуск внезапно не поворачивается и не подставляет Бероксару спину. Кривой меч варвара звенит и стремительно летит к плечам КровоПуска, где со всей силой обрушивается на деревянный щит и глубоко вонзается в него. Быстрый поворот, и застрявший меч выскальзывает из руки Бероксара.