Стюарт Вудс - Возмездие

— Чуть не забыл! Вот ключи, — он кинул их Скотти.

Она поймала ключи, и они показались ей тяжеловатыми. Скотти снова посмотрела на шкаф и впервые заметила массивный стальной засов на тяжелых петлях. Нет, это не обычный шкаф. Это практически сейф… В кабинете Бо уже имелся сейф, однако и Скотти, и Салли знали шифр. На кольце висело три ключа. Скотти сняла один и спрятала в руке.

— Держите, — сказала она, протягивая Бо кольцо с двумя оставшимися ключами. Бо уже принялся перекладывать папки из старого шкафа в новый. — Если хотите, я положу один к себе в письменный стол.

— Нет, — ответил Скалли. — Пусть оба будут у меня.

Скотти подала ему кольцо, и он положил его в карман.

Она отвернулась и засунула третий ключ в бюстгальтер. Иметь такой ключик вовсе не повредит. Интересно, что Бо хочет спрятать от своих помощников и клерков?

Скалли почти все утро возился с папками: одни бумаги выбросил, другие положил в новый шкаф, а третьи оставил в старом. Наконец он вдел в петли засов и навесил замок.

— Я ненадолго отлучусь. Ты умеешь управляться с рацией?

— Конечно!

Бо сам научил ее. Да, он явно под мухой!

— Тогда последи тут за всем, — велел Бо и нахлобучил на голову стетсоновскую шляпу.

Он ушел, и Скотти осталась в конторе одна.

Проснувшись, Хауэлл увидел, что комната залита солнечным светом. Несколько секунд он лежал, боясь пошевелиться. Потом осторожно перевернулся на бок и взглянул на часы, стоявшие на тумбочке. Половина одиннадцатого. Скотти давно ушла. Все так же осторожно Хауэлл свесил ноги с кровати и сел. Затем встал. И с радостью обнаружил, что не ощущает боли. Значит, это возложение рук все-таки подействовало! Он мог двигаться, не опасаясь мучений.

Вообще-то он должен был бы вконец обессилеть, но — нет! Хауэлл чувствовал себя так, как будто он хорошо отдохнул, расслабился и набрался бодрости. Что с ним происходит? Неужели в… ну, скажем, так: в поздней молодости он вдруг пробудился от спячки? Несколько лет женщины его совершенно не волновали, и вдруг, в середине жизни с ним произошла чудесная перемена?.. Хауэлл вдруг как-то удивительно помолодел. И проголодался. Он натянул джинсы и прошел в кухню.

Он приготовил обильный завтрак: пожарил яичницу и гренки, сварил сосиски и овсянку, поставил на огонь полный кофейник. Хауэллу хотелось сегодня поработать и он решил, что кофе придаст ему сил. Он еще не написал ни строчки «автобиографии» Лартона Питса и понимал, что пора браться за дело. Когда Хауэлл доедал яичницу, запивая свой завтрак апельсиновым соком, гравий на дорожке захрустел под шинами автомобиля, и до Хауэлла донесся звук захлопывающейся тяжелой дверцы. Он встал из-за стола и открыл входную дверь, не дожидаясь, пока Бо Скалли постучится.

— Привет, Бо! Заходи. — Хауэлл был искренне рад видеть шерифа.

— Как дела, Джон? — поинтересовался Скалли, заходя в домик и настороженно озираясь.

Хауэллу показалось, что Скалли «под мухой», но затем он сказал себе, что еще слишком рано, в такое время обычно не пьют.

— Я как раз варю кофе. Хочешь?

— Давай. Не откажусь.

Хауэлл налил кофе и поставил на стол сливки и сахар. К его удивлению, Скалли достал из заднего кармана брюк бутылку и щедрой рукой плеснул в кофе виски.

Он ухмыльнулся.

— Это чтобы сердце лучше билось. Присоединишься ко мне?

— Нет, спасибо, мне сегодня надо поработать. А у тебя что, выходной?

Хауэлл даже удивился, что ему не хочется выпить. С ним давно такого не было.

— Ну… я же сам распоряжаюсь своим временем. Я ведь, так сказать, сам себе господин.

— Да, наверное, шериф действительно сам себе голова, гораздо больше, чем все остальные люди, — согласился Хауэлл. — И все-таки, перед кем он должен отчитываться?

— А ни перед кем, если у него есть мозги. Хотя, конечно, кое-что судье приходится доложить, кое-что — окружному совету, — Скалли усмехнулся. — Да, у нас тут, в Сазерлендском округе, немного другая иерархия.

— Старик Сазерленд интересуется тем, что здесь происходит, не так ли?

— Так, черт побери! — Скалли отхлебнул глоток кофе, разбавленного виски. — О нет, разумеется, не каждый день, да и мелочи его обычно не волнуют, однако ему нравится быть в курсе дел. Сейчас его, в основном, волнуют лихачи на дорогах. Смотри, при подъезде к городу будь осторожен. Майк сидит у шоссе с включенным радаром. Если он засечет твою машину, мне придется тебя оштрафовать.

— Благодарю за совет. Впредь буду осторожней. — Хауэлл машинально применил знакомые репортерские приемы. Слишком уж было жаль упускать удобный случай: вдруг удастся разговорить подвыпившего шерифа? — Наверно, из этих штрафов вы образовали небольшой пенсионный фонд, а?