Шарлотта Линк - Эхо вины

Вирджиния со вздохом отставила в сторону бокал с коктейлем и пошла открывать.

На пороге стоял Натан Мур. Вирджиния была так ошеломлена, что в первые мгновения не могла вымолвить ни слова. И сам Натан слегка вздрогнул в тот момент, когда перед ним распахнулась дверь.

– О-о, – выдохнул он. – А я уже подумал, что никого нет дома. Я стучу тут, наверное, уже полчаса.

– На кухне громко работал телевизор, и я ничего не слышала, – выговорила Вирджиния, как только снова обрела дар речи.

– Наверное, я помешал вам смотреть…

– Нет-нет. Я как раз его выключила.

– Понимаю, что по идее я должен был сначала позвонить, но…

Натан замялся, не закончив фразы, поэтому Вирджиния так и не узнала, что же помешало этому человеку сделать предупредительный звонок.

– Простите, пожалуйста, – смерила его взглядом Вирджиния, – но мне казалось, что вы еще на Скае. Честно говоря, я удивлена. Весьма удивлена.

– Это очень долгая история, – вздохнул Натан, и Вирджиния наконец сообразила, что по правилам этикета вообще-то нужно пригласить гостя, пусть и незваного, в дом.

– Проходите. Туда, на террасу. Я как раз сделала себе коктейль. Может быть, и вы хотите?

– Только глоток воды, пожалуйста, – попросил Натан, следуя за Вирджинией.

Они вышли на террасу и сели друг напротив друга. Хозяйка держала перед собой бокал лимонно-зеленоватого кюрасо, а Натан по-сиротски сжимал в руках стакан воды.

– Где же ваша жена? – осведомилась Вирджиния.

– В больнице, – ответил Натан. – Именно по этой причине нам пришлось уехать со Ская. Ливии нужно было в больницу, а тамошним врачам я не доверяю.

– Что с ней?

– Трудно сказать. Предположительно, сказался шок после перенесенной катастрофы. Или же у нее началась депрессия, я не знаю. Ливия внезапно замолчала, перестала есть и пить. Мне показалось, она полностью ушла в себя, в свой собственный мир, куда мне хода нет. К среде я понял, что, если ничего не предпринять, она погибнет голодной смертью. Поэтому в четверг с самого утра мы покинули Данвеган.

– Жаль, что никому из нас не пришло в голову позаботиться об этом раньше, – со вздохом произнесла Вирджиния. – После того что с вами произошло, Ливии просто необходима была помощь психотерапевта.

Натан кивнул:

– Да, это я виноват. Я не до конца понял тогда, что творится у нее в душе.

– Еще в тот день, когда я навестила вас у миссис О'Брайан, Ливия не понравилась мне. Она выглядела как… лунатик. Ничего удивительного, после такой истории… – Вирджиния помолчала. – Надо было отнестись к этому серьезнее. И что теперь, Ливия лежит в больнице здесь, в Кингс-Линне?

Ее внутренний голос вопрошал настойчиво и строго, почему же горе-путешественники так и не вернулись к себе в Германию, но идти на поводу у этой мысли Вирджинии не хотелось. Слава богу, что Фредерика не было дома.

– Да, в Кингс-Линне. Ливию положили в пятницу утром. Только там медсестрам удалось ее немного накормить, хотя она ослабела большей частью от обезвоживания. Ливию кормят через зонд, иначе никак. У нее полностью потеряно чувство голода.

– Кошмар! Я обязательно схожу к ней в больницу, завтра же.

– Она ни на кого и ни на что не реагирует, – грустно улыбнулся Натан. – Но если вы хотите навестить ее – чудесно. Быть может, это поможет ей вернуться к жизни… Она очень любит вас, Вирджиния. Она всегда говорила о вас с такой теплотой.

– Как вы нашли нас? – с некоторым усилием спросила женщина. – И зачем…

Вирджиния слегка смешалась, но Натан будто бы прочитал все ее мысли.

– Зачем мы приехали вслед за вами? Вирджиния, надеюсь, вы не думаете, будто мы с Ливией преследуем вашу семью. Дело лишь в том, что на обратную дорогу в Германию нам просто-напросто не хватает денег. Вы тогда так любезно одолжили нам небольшую сумму…

Фредерик, который стоял перед мысленным взором Вирджинии, наморщил лоб, однако не проронил ни слова.

– …и этих денег нам как раз хватило на билеты сюда. Если бы вы знали, как тяжело мне дался этот путь – отмахать столько километров на поезде со слабой, полностью безвольной женщиной на руках… Один добрый турист сделал нам одолжение и подбросил на машине до Форт-Уильяма, но там мне пришлось рассчитывать только на себя. Мы пересели на поезд до Глазго, и по прибытии нам пришлось переезжать с одного вокзала на другой. Представляете, как это было сложно в моей ситуации? Затем мы доехали до какого-то глухого полустанка и промыкались там полночи до первого поезда на Кингс-Линн. Мы приехали сюда рано утром в пятницу. Ночь на субботу я провел в какой-то гадкой ночлежке недалеко от больницы, и на это ушли мои последние деньги. Я прочно сел на мель. У меня нет больше ни гроша, Вирджиния.