Урс Маннхарт - Рысь

Фриц Рустерхольц как завороженный продолжал собирать в подвале штуцеры для жижеразбрасывателей. Мысленно он шел по лесу с самодельной антенной в одной руке и ружьем в другой — напрямик к спокойно почивающей на своем лежбище рыси. Сегодня утром ему звонил Роберт Рихнер и сообщил, что универсальный приемник почти готов. В субботу он проведет последние испытания и в воскресенье приедет в Оберланд. Поскольку Рустерхольцу не хотелось, чтобы кто-нибудь видел у его дома чужую машину, он предложил Рихнеру встретиться в Гштаде. Рихнер говорил чрезвычайно уверенно. Настолько, что заразил своей уверенностью и Рустерхольца.

Лен сидел посередке между Корню и двумя большими камерами на заднем сиденье черного пикапа и посматривал на хвойный лес, росший по краям долины и доверху заполнявший окно машины. Чувствовал он себя паршиво. Разглядев вдалеке Тунгельшус, он вспомнил об охотнике в красно-сине-белой шапке швейцарского кредитного общества и о том, как чуть не загремел в обрыв, вписываясь в левый поворот. Лен размышлял, почему Рая решила родить детенышей именно здесь, почему через несколько минут они заедут как раз на ту парковку, где ему прокололи шину. Он обрадовался, что на парковке не было ни одного автомобиля, кроме старого ультрамаринового «опеля корса» с самодельными номерами, стоявшего тут уже давным-давно и, похоже, принадлежавшего Райнеру Вакернагелю.

Когда Геллерт настроил приемник на частоту Раи, стало ясно, что самка находится не с детенышами, а на противоположном утесе, примерно в трех километрах от предполагаемого лежбища — того места, где она родила рысят.

Хильтбруннер объяснил режиссеру и оператору, что в этом случае лучше подождать. Не исключено, что Рая вернется к детенышам в ближайшие два часа.

Скафиди и Геллерт наконец отправились на поиски Раи. Остальные по-прежнему ждали на парковке.

Марианна вытянулась на своем сиденье, свесила ноги в открытую дверцу и принялась разглядывать ногти на руках. Хильтбруннер разговорился с Селяви о популяциях хищников в Европе, покуда Пьер Пюсьё общался с Жильбером Корню, а Надя Орелли осваивала цифровой фотоаппарат.

Лен даже не знал, чем заняться. Посмотрел по сторонам, изучил все виражи Тунгелыпуса, прикинул, кому — если не Вакернагелю — мог принадлежать «опель» и перевел взгляд на противоположный склон, среди которого терялись крошечные фигурки Геллерта и Скафиди.

Лен не верил, что Рая в ближайшее время вернется к своим детенышам. Он считал, что либо тебе везет и ты находишь самку рядом с рысятами, либо надо смириться с тем, что ее нет. Так бы наверняка размышлял и Штальдер, будь он сейчас вместе с ними. Да и вообще Штальдер порадовался бы, увидев скучающие физиономии этих горе-экскурсантов. Лену снова припомнилась воткнутая в нипель палочка.

На стоянку заехала машина с базельскими номерами, а затем сразу еще одна — с немецкими. Засунув руки в карманы, Лен скучающе оглядел туристов, которым небольшой отрезок пути от парковки до отеля «Лаунензе» наверняка представлялся добротной прогулкой, еще раз посмотрел в сторону уже почти дошедших до леса Скафиди и Геллерта.

Лен еще долго пребывал в полудреме, как вдруг у Хильтбруннера зазвонил телефон.

Геллерт сообщил, что Рая спокойно лежит посреди перелеска и вставать явно не собирается.

Хильтбруннер преподнес эту информацию, как победную весть, и пообещал Селяви, что тому удастся снять неплохие кадры.

Все тут же двинулись по следам Геллерта и Скафиди. Приземистый Жильбер Корню вопросительно взглянул на Лена. Камеру он понесет сам, но не откажется, если кто-нибудь поможет ему со штативом, аккумуляторами, объективами и прочим добром. Французский Лена был не настолько плох, чтобы притворяться, будто он не понял просьбы, и ему пришлось-таки взвалить на спину рюкзак оператора.

Вскоре они стояли на возвышении, о котором по телефону рассказывал Геллерт. Первыми наверх забрались Хильтбруннер и Селяви с небольшой камерой на плече, замыкал группу сильно вспотевший Корню с большой камерой, пропустивший вперед даже неспортивную Марианну.

На продолговатом, почти безлесом возвышении Геллерт и Скафиди сидели в траве, уставившись на ближайший склон за небольшой впадиной. Скафиди не отрывался от бинокля, а Геллерт объяснял Селяви, где разглядеть Раю. Объяснял, что лучше сначала посмотреть на два больших скальных выступа, что виднеются в средней из небольших прогалин, потом переместить взгляд по правому краю левого выступа, то есть чуть вниз, и там будет небольшой островок с тремя отдельно стоящими елочками. Селяви неуверенно кивал, а Геллерт продолжал свои пояснения: от третьей елочки надо взять правей, и почти рядом со светло-коричневым стволом, с нижней его частью, если идти вдоль слегка провисшей ветки, будет видно голову Раи.