Дан Сельберг - Мона

— Начнем сначала… Как твое самочувствие?

Эрик сел рядом и закрыл лицо руками.

— Это не так важно. Нормально, мне кажется. Черт его знает.

— А у Ханны?

— Ей очень плохо. Врачи не понимают, что с ней. Очевидно, что ей становится хуже. В последний раз Томас Ветье предположил, что у нее некая заразная форма воспаления оболочки головного мозга.

— Томас Ветье?

— Врач Каролинской больницы.

— Воспаление оболочки? Но они же вроде думали, что это вирус?

— Воспаление мозга — это и есть вирус. У Ханны очень похожие симптомы: бред, тошнота, жар, боли в конечностях. Но я заметил, что доктор сам не верит в свои слова. Нет, в ней поселилось нечто другое. Некое зло. Я в отчаянии. Понятия не имею, что мне делать.

Йенс положил свою большую ладонь на руку Эрика.

— Ты делаешь все возможное. Ты ученый, а не врач. Тебе остается только быть рядом с ней и надеяться, что доктор Томас знает свое дело.

— Ветье прекрасно работает. Он, кстати, необычайно рассудителен. Но бродит в темноте.

— Но что-то он может сделать?

— Не знаю, черт возьми. Все сводится к тому, что они не могут поставить диагноз. Состояние Матса Хагстрёма хуже, чем у Ханны. Сегодня рано утром его сердце дало сбой, и долгое время все указывало на то, что он не выживет. Сейчас они оба находятся в своего рода коме. На контакт с ними не выйти.

— Малышка Ханна. Я к ней съезжу. Ты должен отключиться на несколько часов. Лечь в кровать. Ты не сможешь поддерживать Ханну, если замертво свалишься около нее. Будем дежурить по очереди.

Эрик глотнул кофе и слабо улыбнулся.

— Ты прав, кофе дерьмовый. Даже хуже, чем больничное пойло.

Он вспомнил, что должен сделать.

— Надо позвонить на работу Ханны. В суете я совсем забыл об этом… В их положении шеф отдела информационных технологий заболела в самый неподходящий момент.

— Ты прав. — Йенс откинулся назад и обвел рукой редакцию. — Все репортеры заняты вирусной атакой. Израильская биржа вот-вот рухнет. Мне кажется, никто толком не понимает, насколько хрупок финансовый мир. Когда человек перестает доверять информации с бирж, он перестает вести торговлю. В таком случае останавливается вся система. И не только Израиль зашел в тупик. Нью-Йорк, Лондон, Токио, Мумбай. Судя по тому, что я вижу и слышу, «Мона» вызвала лавину паники и недоверия на мировом рынке. Конечно, эпицентр находится в Тель-Авиве, но волны паники распространяются по всему миру. Шведское министерство по чрезвычайным ситуациям сегодня организовало пресс-конференцию, чтобы убедить нас в том, что они делают все возможное для защиты шведского рынка. По-прежнему никто официально не взял на себя ответственность за атаку, но все больше источников указывают на «Хезболлу». Министр иностранных дел США направляется в Тель-Авив, а в ЕС идет одно экстренное совещание за другим.

Окружающий мир казался Эрику чем-то далеким. Нереальным. Но он вспомнил про свой зараженный компьютер.

— Кто-нибудь нашел антивирус?

Вальберг отрицательно покачал головой:

— Еще нет. Думаю, все эксперты в области информационных технологий от Тель-Авива до Осло работают над этим, но пока мы не получили никакой информации о решении проблемы. Вирус уникален, совсем не то, что сделал бы какой-нибудь неопрятный паренек из Аризоны. Нет, здесь все выполнено на высшем уровне. Что-то принципиально другое. Грамотно спланированная, хорошо профинансированная и, прежде всего, четко произведенная атака. Поэтому-то все так растеряны. Как и доктор Ветье, эксперты бродят в темноте. Если люди не понимают, с каким вирусом имеют дело, как они смогут создать антивирус?

Эрик похолодел. Размытая мысль, ускользавшая от него, встала на место, словно бетонная плита. Он застыл. Йенс наморщил лоб.

— Что? Что я не так сказал?

Эрик поставил кружку и опустил глаза. Мысли мешались. Что проговорила Ханна, уронив стакан в спальне? Он расценил это как бред. «Маленькая девочка заразила меня, Мона…» Откуда она знала? Почему так сказала? Нет! «Мона» — компьютерный вирус. Ханна — человек из плоти и крови. Но она чем-то заразилась. Как и Матс. Оба тестировали «Майнд серф». Но как соотносились все эти события? Могла тут быть некая связь? Во время тестирования Ханна заходила на домашнюю страницу ЦБИ — сайт, зараженный вирусом.

Йенс молчал и с тревогой следил за Эриком.

— Черт, Йенс. Ты не поверишь.

Вальберг наклонился к другу.

— Что? Не поверю чему?

Мысли проносились с такой скоростью, что Эрику самому было трудно их отслеживать. Ханна находилась в биологическом контакте с «Майнд серф» через наногель и сенсорный шлем. Она заходила на зараженную страницу. Компьютер был инфицирован. Каким-то образом вирус повлиял на физическое состояние Ханны. Нанес удар по ее здоровью. Заразил ее? Не как вирус в биологическом понимании, это невозможно, но, может, повредил что-то в организме. Но что тогда с Матсом?