Андрей Троицкий - Бумер-2

— Нет ни шиша.

— Тогда какого же хрена ты голосуешь, обормот?

— Ну, я думал за так, — Коту не хочется унижаться перед этим фраерком в бумере, но нет сил идти дальше. — Может, фуфайку мою возьмете? Она почти новая. Без дырок.

— Ладно уж, садись. Голь перекатная, бомжара немытый.

Кот готов обидеться и обойти в сторону, но вместо этого он распахивает дверцу, залезает на переднее сиденье. И открывает рот от удивления, хочет что-то сказать, но не может, будто в горле застрял крупный грецкий орех. Застрял и ни с места. На водительском месте сидит Леха Килла, он скалит в улыбке зубы, он хотел сделать потрясающий сюрприз и сюрприз удался. С заднего сидения тянутся чьи-то руки, они хватают Кота за плечи и шею, поворачивают к себе.

Димон Ошпаренный сидит на заднем диване за Котом, Петя Рама на соседнем месте. Они теребят Костяна, как плюшевого медведя, каждый норовит крепче ущипнуть его. Они говорят что-то, быстро и громко, перебивая друг друга, Костян прислушивается, но смысл слов невозможно понять. Леха Килла рвет с места, вдавливая в пол педаль газа.

Кот растерянно переводит взгляд то на Петьку, то на Димона. Наконец решается на вопрос.

— Парни, это же как? — говорит он. — Ведь тебя, Петька, тогда на улице менты… Положили. Ты ведь уже того…

Кот не решается произнести слово «погиб», тут и так все понятно, без лишнего трепа. Но Петька и Димон выглядят слишком хорошо для покойников.

— Не грузись, чувак, — кричит в ответ Рама. — Что было, то было. Тоже нашел что вспоминать. Постреляли немного. И всех дел. А кто кого положил — это еще бабушка натрое разлила.

— Но как же так? Я же своими глазами все видел. Я же тебя этими руками держал, когда менты из всех стволов шибанули.

— Что ты мог видеть, — Рама засмеялся. — Я так тебе скажу: фуфло все это… Низкое фуфло. Забудь и больше не думай.

Конец фразы тонет в грохоте музыки, это Леха Килла сунул диск в проигрыватель и врубил музон на всю катушку. Барабаны, саксофон, гитара. Что-то исключительно модное. Эти барабаны лупят по ушам, как молотки. Кот больше не слышит слов своих друзей, и они его тоже не слышат. Но все продолжают смеяться неизвестно чему, трогают его за плечи, гладят по голове. Стрелка спидометра плавно переползла отметку две сотни и, кажется, не собирается останавливаться.

— Зверь тачка, — орет Килла, перекрикивая музыку. — Это круче самолета. Хочешь попробовать?

— В жопу ее, — кричит в ответ Кот. — Я на такой уже ездил.

— Нет, братан, на такой ты не ездил, — Килла увеличивает скорость. — Это надо самому попробовать, иначе не поймешь.

Машину начинает трясти и болтать, подвеска ходит ходуном, Кот смотрит поверх капота и видит, что «БМВ» несется вовсе не по дороге и не по лугу, она едет прямо по поверхности реки. Мчит между двумя берегами, словно катер на подводных крыльях. Только брызги разлетаются. Захватывает дух, перехватывает горло. А музыка надрывается, молотки стучат по ушам. Кажется, сейчас бумер, пустив пузыри, окажется на дне, но тачка, как ни в чем ни бывало, продолжает свое стремительное движение.

— А что, она может и так? — кричит Кот. — И по воде?

— Может, — Килла неизвестно кому грозит кулаком. — Она еще и не так может. Она еще вот как может, задом… И передом…

— Ни хрена себе, — удивляется Кот. — До чего дошел прогресс.

— А, чего ты?

— Я говорю: прогресс далеко шагнул. Пока я казенную баланду жрал. По воде может…

Машину трясет, Кот, подпрыгивая на сиденье, ударяется головой о потолок. Свет становится темнее, будто солнце свалилось за горизонт. Кот открывает глаза, в салоне автомобиля он один. Ни Лехи Киллы, ни Димона, ни Петьки. Через лобовое стекло видна желто-зеленая речная вода, дверцы закрыты, но влага проникает в салон. Кажется, тачка стоит на дне реки на песчаном дне. И надо из нее как-то выбираться.

Кот дергает ручку, толкает дверь, но она не поддается. Он снова дергает ручку, наваливается плечом. Глухо. Видимо, от удара корпус перекосило, двери заблокированы. Кот перебирается на водительское место, толкает дверь. Но не сдвигает ее ни на миллиметр. Вода уже по грудь и она быстро пребывает, в распоряжении Кота минута или того меньше. Вода уже по самую шею. Кот, размахнувшись локтем, со всего маху бьет в боковое стекло. Поперек проходит тонкая трещинка, он бьет снова и снова, пока стекло не разлетается на мелкие осколки. Набирая в легкие воздуха, с трудом выбирается из салона. Взмахивая руками, плывет наверх.

— До чего дошел прогресс, — сказал Кот и сел на железной кровати. — До чего дошел… По воде может.