Питер Страуб - Коко

– Здесь умер Денглер, – сказал Конор, глядя на Фэт Понг-роуд.

– Да, здесь, – отозвался Майкл Пул.

– Все это напоминает какой-нибудь чертов обезьянник. Пул рассмеялся. Сравнение было весьма удачным.

– Я думаю, мы найдем его, Мики.

– Я тоже так думаю.

Когда вечером Майкл и Конор вернулись в отель, Майкл подождал, пока оператор соединит его по кредитной карточке с Уэстерхолмом. Наконец-то у него появилось, что сообщить по поводу их “миссии”. В книжном магазине Майкл увидел нечто, подкрепившее его уверенность, что они найдут Тима Андерхилла в Бангкоке. Если это займет, как он предполагал, три дня, то они смогут вернуться домой – с Андерхиллом на буксире или нет – это уж как получится. Майкл надеялся найти какую-нибудь хорошую наркологическую клинику, где Тим мог бы полечиться и отдохнуть, что наверняка ему просто необходимо. Каждый, кто долго прожил в Бангкоке, нуждается в отдыхе. Если Андерхилл действительно совершил убийство, Пул найдет ему хорошего адвоката, который постарается доказать его невменяемость. Это, по крайней мере, убережет Андерхилла от тюрьмы. Может, это звучит недостаточно драматично для телесериала, но будет лучшим выходом для Тима и для всех, кого хоть немного заботит его судьба.

То, что увидел Майкл Пул в заведении, менее всего характерном для Пэтпонга, – огромном книжной магазине под названием “Пэтпонг Букс” – дало ему косвенные доказательства невиновности Андерхилла, а также того, что тот действительно находится в Бангкоке. Пул и Конор зашли в книжный магазин, чтобы хоть на секунду укрыться от палящего зноя и спрятаться от вездесущей толпы. В “Пэтпонг Букс” было тихо и не очень людно, и Майкл приятно удивился, обнаружив, что отдел беллетристики занимает почти треть магазина. Он сможет подобрать здесь что-нибудь для себя и что-нибудь для Стаси Тэлбот. Майкл прошел вдоль длинных рядов полок, не вполне отдавая себе отчет, что он ищет книги Андерхилла, пока не наткнулся на целую полку, уставленную его романами. Тут было по четыре-пять копий каждого романа Тима, от “Вижу зверя” до “Кровавой орхидеи”. Книги в твердых переплетах стояли вперемежку с изданиями в мягких обложках.

Разве это не означает, что Андерхилл живет здесь? Что он сотрудничал с “Пэтпонг Букс”? Полка с книгами Андерхилла напомнила Майклу стенд “Местные авторы” в “Книгах обо всем” – лучшем магазине Уэстерхолма. Было ясно, что Андерхилл наверняка часто наведывался сюда. А если так, интересно, не отправлялся ли он, выйдя отсюда, убивать людей? Пул почти чувствовал присутствие Андерхилла рядом с этой полкой. Если бы он не заходил сюда, в магазине бы не стали держать столько книг в общем-то малоизвестного автора.

Майкл изложил свои выкладки Конору Линклейтеру, и тот согласился с ним.

Когда Майкл и Конор вышли в тот день из отеля, первым впечатлением Пула о Бангкоке было, что это таиландская Калькутта. Целые семьи, казалось, жили и работали на улице. То здесь, то там Пулу попадались женщины, занимающиеся починкой тротуаров, которые кормили детей, продолжая свободной рукой стучать молотками по бетону. Посреди тротуаров женщины рыли траншеи. Дым костров, на которых готовили пищу, поднимался из полупостроенных зданий. Какая-то липкая пыль и дым висели в воздухе, который казался от этого серым. Майкл чувствовал, что лицо его, подобно паутине, покрывается пыльной пленкой.

Перед ними была огромная красная вывеска “РАЙСКИЙ МАССАЖНЫЙ САЛОН”, на бетонных ступенях, расписанных синими звездами, какая-то женщина с угрюмым видом лупила плачущего ребенка, рядом громоздились сумки, свертки и бутылки, перевязанные грубой веревкой. Она отвешивала малышу пощечины и тыкала его кулаком в грудь. Ступени вели к огромному балдахину с надписями: “КЛУБ РАЙСКИХ НАСЛАЖДЕНИЙ” и “РЕСТОРАН”. Женщина смотрела как бы сквозь Майкла, и глаза ее, казалось, говорили: “Это мой ребенок, это мое жилище, а тебя я не вижу в упор”.

На секунду у Майкла закружилась голова, он погрузился в серый мир теней, контуры которого постоянно менялись, неожиданно образуя провалы и пропасти, мир, в котором реальность казалась не более чем иллюзией. Затем он вспомнил, как видел женщину в синих одеждах у подножия зеленого холма, и понял, что пытается убежать от собственной жизни.

Майкл знал, как это бывает. Однажды ему удалось убедить Джуди сходить в Нью-Йорке на пьесу “Следопыты”, сочиненную и поставленную ветеранами Вьетнама. Майкл считал, что пьеса очень удалась. “Следопыты” заставил его почувствовать, что Вьетнам совсем близко, и, наблюдая за действием, Майкл постоянно вспоминал события и ощущения собственного военного прошлого. Он то смеялся, то плакал, то его одолевали горькие чувства, как на скамейке в Брас Базах Парке. (Джуди считала, что эта пьеса – некая форма психотерапии для актеров.) Несколько раз на протяжении пьесы ее герой по имени Динки Доу целился из М-16 прямо в голову Майкла. Динки Доу, естественно, и не догадывался о присутствии Майкла в восьмом ряду, да и винтовка, конечно, не была заряжена, но каждый раз, когда Майкл видел нацеленный на него ствол, его тошнило и начинала кружиться голова. Он чувствовал себя абсолютно беспомощным, и единственное, что мог сделать, это вдавиться всем телом в кресло, судорожно сжимая его ручки. Оставалось только надеяться, что он не выглядел таким испуганным, каким чувствовал себя.