— Не спрашивай, лучше налей ванную, и найди мне нормальные штаны, да и вообще, что-нибудь такое, из одежды.
С Пчельником Нинка хороводилась лет десять, еще до смерти мужа, так что характер его знала, и больше расспрашивать ничего не стала. Штаны покойного мужа Нинки, тоже, кстати, милиционера-гаишника, оказались чуть больше по ширине и чуть меньше по длине, зато все остальное — свитер, куртка, зимние ботинки — все ему подошло. Только вот шапка болталась на ушах Леонида, так что ему пришлось отказаться от норки, и надеть вязаную шапку, которую Козлов одевал на рыбалку. Посмотрев на себя в зеркало, Пчельник скривился. Теперь он всем обликом походил на типичного пролетария, с низкой зарплатой, и изрядно разбитой мордой. Но, главное, почему он пришел к Нинке, у ней хранились запасные ключи от его дачи. Через час он покинул квартиру, и взял такси довезшее его до Демидовки. Зайдя в дом, он не стал зажигать свет, только разыскал в прихожей фонарик. То, что ему нужно было, хранилось на втором этаже, в небольшом, самодельном сейфе, оставшимся ему в наследство от прежнего владельца, подполковника Мамонова. Суровая тяжесть пистолета Макарова заставила его процедить сквозь зубы: — Ну, я теперь им всем покажу!
Пчельник не знал, что в этот же самый момент примерно так же думает еще один человек, и совсем близко от него, буквально в соседнем доме.
Дом бывшего главного мафиози Кривова Вадика Гусева майор милиции Вадим Белов приобрел почти одновременно с Леонидом Пчельником. Соседи даже подружились, и потайная калитка между двумя усадьбами открывалась часто. Этой ночью Вадик в одиночку маялся в двухэтажных хоромах. Он так пил последние два дня, что печень и почки перестали справляться с алкоголем, он опух, глаза заплыли. Жена Белова, Ирина, просто выгнала его из дому. Этот пусковой курок в душе сорвался у него после тех слов, что он услышал в кабинете Панкова.
— Кто-то из наших, — бормотал Вадик, наливая очередную рюмку, — кто-то из наших. Из каких из наших? Какой я вам ваш? Я давно не ваш! Я того, кто больше даст мне бабок. Гомула, ты, сука, втянул меня во все это. И из гроба не отпускаешь, да?
Претензии Белова к убитому начальнику ГОВД были весьма обоснованы. Вадим был у него кем-то, вроде личного адъютанта. Именно он снимал сливки с богатой клиентуры крышуемых Гомулой предпринимателей и наркоторговцев. Все это принесло Вадику огромный доход, но и втянула его в такую воронку страха, после которой он не мог выбраться даже сейчас, после ликвидации Гомулы.
Как раз в одиннадцать ночи Вадим в очередной раз проснулся, и обнаружил, что у него кончилась водка. Он подошел к окну, и увидел, что от ворот дома Пчельника отъезжает такси. Он опоздал на какую-то минуту, а то бы еще увидел торопливый проход Пчельника по двору соседской усадьбы.
"Может, у Леньки есть водка?", — подумал он, но потом вспомнил, что случилось с его соседом, да и дом Пчельника стоял темной глыбой, так что он отмел идею позаимствовать выпивку у соседа. Волей неволей пришлось ему одеваться, и ехать в город, за пойлом. Уже в дороге ему пришла в голову другая идея.
"А если грохнуть эту смазливую сучку, и, может, тогда, все обойдется"? — подумал он. — "Панков не хочет выносить сор из избы. Тогда он точно замнет всю эту историю с расстрелом цыган. Может, попробовать?"
Вадим знал, где живет Астафьев, так что он пешком отправился туда, не забыв купить в киоске спиртное. В это время и Пчельник спешил к дому Астафьева. Но, в отличие от Белова, у него был большой выбор претендентов на убийство. Это и зам начальника ГОВД Попов, и начальник ГИБДД Баранов, и эти козлы из МРЭУ. Но, для начала он хотел убрать именно Астафьева. Леонид совершенно справедливо считал, что именно он изначальный виновник всех его невзгод.
"Пристрелю как собаку, — думал он, — но сначала я его помучаю. Прострелю ноги, отстрелю яйца, и заставлю ползать про полу и просить пощады!"
Это была сладостная картина, Пчельник даже соизволил улыбнуться. Он старался избегать освещенных мест, подозревая, что его уже хватились, и будут искать. И в этом он не ошибся, так что, сейчас на его поиски были брошены все силы криминала Железногорска и Кривова. Братки уже посетили квартиру Пчельника, смертельно напугав его жену и детей, были и на даче, в Демидовке.
— Да, че мы его здесь ищем? — возмутился один из ищеек. — Он, поди, стрельнул уже куда-нибудь в Хохляндию, или на Кавказ. Он че, дурак что ли, сюда, обратно в петлю лезть?
Читать дальше