— Никак, Мак, никак…
Бэнг!
На этот раз выстрелила камера такси. Кеннеди перекинул ногу на тормоз, таксомотор завизжал, заюлил, запрыгал козленком, чуть не врезался в резко затормозивший мощный «родстер», из которого выскочил возмущенный Бауэр.
— МакБрайд! Совсем ошалел!
— Спокойно, Бауэр, — утешал МакБрайд, устремляясь к родстеру. — Кеннеди, меняй тачку! Эта получше! Спасибо, Бауэр!
Бауэр встал у него на пути:
— МакБрайд, немедленно прекрати безобра…
— Вон! — гаркнул МакБрайд, снова используя свою левую.
Попытавшийся остановить его Бауэр спланировал на обочину. МакБрайд прыгнул в родстер, за рулем которого уже устроился Кеннеди.
— Жми!
Кеннеди нажал и тут же присвистнул:
— Ах, машинка! Мечта!
Три минуты — и уже семьдесят миль в час. Рука МакБрайда обхлопала сиденье и извлекла на свет пистолет с глушителем. Кеннеди наблюдал краешком глаза.
— Интересно, для чего мирному капитану полиции глушитель? Ага, один раз выстрелил.
— Ну, спасибо ему, гаду, за машину.
Серый кузов все ближе. «Родстер» выкладывал семьдесят пять миль в час. Загородные гонки. За обочинами деревья, поля, овечки — серая идиллия. «Родстер» догонял. МакБрайд опустил ветровое стекло, выстрелил. Еще раз. Серый автомобиль вильнул, подпрыгнул, соскочил с дороги на обочину, с обочины — на уклон насыпи, перевернулся раз-другой; посыпались запчасти и осколки. Кеннеди затормозил, но остановить машину смог, лишь проскочив лишнюю сотню ярдов. МакБрайд перезарядил свой пистолет, бауэровский с глушителем сунул в карман и припустил обратно. Кеннеди за ним. От исковерканной серой машины тем временем отделились две хромающие фигуры и устремились к кустам. МакБрайд закричал и выстрелил, однако фигуры уже скрылись за деревьями.
В машине четыре трупа.
— Готовы, Мак.
— Кеннеди, покарауль, я за теми.
— Нет, я с тобой.
И он понесся вперед. МакБрайд устремился вдогонку. Где-то впереди прорывались сквозь заросли двое гангстеров. Через пять минут МакБрайд заметил одного и закричал, приказывая остановиться. Тот обернулся и трижды выстрелил. Две пули исчезли в кустах, третья чмокнула в стволе, за которым укрылся МакБрайд. Кеннеди, не останавливаясь, поднял руку.
Бэнг!
Стрелявший гангстер рухнул. МакБрайд и Кеннеди подбежали к нему одновременно.
— Бэннон! — пробормотал МакБрайд. — Меткий ты, Кеннеди.
— Туда ему и дорога.
Бэнг!
МакБрайд и Кеннеди, не сговариваясь, прыгнули в ближайший куст. Они прислушались и услышали возобновившийся шорох и хруст веток.
— Вперед!
— Вперед… м-да, вперед… э-э… разумеется…
МакБрайд рванулся, но тотчас замер, удивленный пыхтением за спиной.
— Ты что?
— Извини, Мак…
МакБрайд резко обернулся. Кеннеди сидел, крепко сжимая руками правую ногу.
— Черт!
— Именно так, Мак.
МакБрайд пригнулся к репортеру, но тот оттолкнул его.
— Дуй за ним, Мак! Кровь за кровь, так сказать…
— Я его возьму!
И МакБрайд снова рванулся в погоню. Вот и конец рощи. Перед ним обширная пустошь, частично заболоченная. Ветер шумит кронами над головой, качает пожухлую траву перед ним.
Бэнг!
Шляпа МакБрайда съехала набок, а ствол дерева, возле которого он задержался, крякнул недовольной уткой. Прикинув направление, МакБрайд выпустил три пули, присел, прислушался. Услышал хруст, стон. Прокрался мимо замерзших луж. Снова сдавленный стон, проклятие. Он откорректировал курс, продвинулся, замер, снова продвинулся. Остановился. Пять минут, десять. Полчаса.
В десяти ярдах от него над травой поднялась голова. Затем плечи. Поднялся и МакБрайд.
— Брось оружие!
Человек крякнул, повернулся… полностью повернуться он не успел. В его ребро уже ткнулся ствол МакБрайда.
— Здорово, Шарви.
Физиономию Шарви избороздили красные, синие и черные полосы, пальто порвано чуть не в клочья, шляпа отсутствовала. Не щадя пальцев Шарви, МакБрайд вывернул у него из руки пистолет. Шарви покачнулся.
— Куда я тебе влепил?
— В живот.
— В кишку? Ну, кишка-то у тебя тонка. Шестерки твои покрепче будут… были то есть.
— Мне нужен врач. Срочно. Прекрати пороть чушь и доставь меня к врачу.
— На ручках отнесу. Топай, сволочь. — МакБрайд ткнул его стволом. — До стула с электроподогревом дойдешь, если не подохнешь.
Шарви попытался усмехнуться.
— Резвый ты. У меня такие друзья…
— И друзей туда же провожу.
— Шутник… — Шарви все же осилил усмешку.
Читать дальше