Он протянул к ней обе руки. Он не мог бы сказать точно, действительно ли ощутил ее прикосновение или так ему показалось, но это было неважно, ибо в тот же момент ему стало легче. Он слышал биение ее сердца, так, словно его жилы наполнились ее кровью, и, медленно и с трудом, страдая от боли, начал подниматься.
И вдруг она сильным рывком поставила его на ноги, да так, что он оторвался от земли, и поплыла вперед, все еще держа его за руку, а он потянулся следом. Он не чувствовал под собой ни тропы, ни земли, но знал, что бежит изо всех сил, стараясь не отставать.
Призраки взметнулись все разом, завопив от негодования, глядя на их бегство. Мэттьюз и Альдерон первыми бросились в погоню, но старуха, оказавшаяся неожиданно легкой на ногу, выдернула добычу у них из-под самого носа. Ворота из двух дубов были уже близко, и Алехандро оглянулся и увидел, как призраки: и солдат, и кузнец, и пятеро гвардейцев, и сожженные евреи — все несутся за ними следом, только один Эрнандес стоит на месте и печально смотрит на уносившуюся от него прочь погоню.
Стук стрел раздавался все ближе. Алехандро уже чувствовал на затылке дурное дыхание кузнеца.
— Не оглядывайся! — крикнула матушка Сара. — Прошлое тебе больше не нужно!
И в тот момент, когда призраки уже были готовы его схватить, он услышал крик матушки Сары:
— Прощай! И да хранит тебя Господь!
Тут она втолкнула его в ворота, и он полетел, как брошенный камень. Свежий ветер омыл его лицо, будто чистой водой, и он понял, что вернулся обратно.
* * *
Кэт стояла над мокрым пятном, в отчаянии уставившись на желтую жидкость, которая впитывалась в земляной пол. Врач, метавшийся в бреду, вышиб горшок из ее маленьких рук, и теперь она с ужасом смотрела, как почти половина драгоценной влаги, необходимой для снадобья, уходит в землю.
Он, конечно же, знал, что делать, но она не смогла привести его в чувство. Он метался в беспамятстве и не отвечал на ее зов. Придется делать то, что она может, помощи ждать неоткуда. Потому Кэт нагнулась и собрала в миску мокрую землю. Потом помолилась, чтобы Господь даровал удачу, и зажала ему двумя пальцами нос, как зажимала нянька, когда нужно было сунуть в рот младенцу противное лекарство. Чтобы не задохнуться, он открыл рот, и она втолкнула ему туда мокрый комок.
Он давился, пытался плеваться, изрыгнуть омерзительную кашицу, но она изо всех сил зажимала, как он велел, ему нос и рот. Так что ему оставалось проглотить или задохнуться.
Он сопротивлялся слишком для нее долго. Не так много и было-то у нее сил. Но все же она победила, что есть мочи вцепившись в него, и только твердила сквозь слезы:
— Доктор, я вам обязана жизнью…
В конце концов он проглотил снадобье, и она упала ему на грудь, от облегчения разрыдавшись.
* * *
Та самая служанка, которая в последние дни ухаживала за матерью Кэт, представляла собой в чужом наряде странное зрелище. Платье из дорогих тканей, сшитое на хрупкую фигурку умершей леди, было слишком мало для упитанной деревенской девицы, но она все-таки натянула его и неловкими своими руками накрасила румянами свои красные щеки, отчего вид у нее был смешной и нелепый.
Теперь, проезжая по лондонским улицам на небольшой лошадке, с трудом удерживаясь в седле, она являла собой весьма потешное зрелище. Хотя издалека могла сойти за почтенную домохозяйку, выехавшую из дома по делу или в гости. Так что сэр Джон Шандос, завидев ее, велел солдатам остановиться и почтительно ее приветствовал.
— Доброго дня вам, леди, — сказал он. — Мы люди короля, и нам нужна помощь.
Она молча кивнула, понимая, что выдаст себя, как только заговорит.
— Мы ищем человека, сбежавшего от справедливого суда. Он лекарь и путешествует вместе с девочкой.
Выслушав описание, девица быстро смекнула, кого именно ищут королевские гвардейцы.
— Не встречались ли вам эти люди, не доводилось ли вам о них слышать?
«Пресвятая Дева, что же мне делать?» Служанка прекрасно знала, что суровый отец не слишком-то любит Кэт, а также, что Алехандро не причинит ей вреда. К тому же скудным своим умом она все же понимала, что дело обстоит не совсем так, как ей говорят.
Она отрицательно покачала головой, еще раз вежливо кивнула сэру Джону, который смотрел на нее с изумлением, и двинулась прочь. Он же снова вскочил в седло и отправился дальше своей дорогой, печально думая про себя:
— Бедняжка. Еще одна сумасшедшая.
Отъехав от гвардейцев на безопасное расстояние, служанка развернула лошадь, собравшись немедленно отправиться к матушке Саре. Знахарка-то уж должна знать, что делать.
Читать дальше