Алексей Синицын - Самоучитель Игры

Он молчал, исподволь любуясь чёткими контурами её грациозной, поистине царственной фигуры. «Клеопатра, потерявшая Антония…» – прокомментировал про себя корреспондент.

– Ричард, Вы, сами не подозревая о том, стали участником одной жестокой, дьявольской игры! – она снова ждала бурной реакции на своё сенсационное заявление.

Но американец даже не шелохнулся. А чего тут удивительного? Репортёр уже успел достаточно хорошо убедиться, что все они здесь в Гонконге сумасшедшие и все помешаны на своих странных играх. Но только он-то здесь причём?

– Я как-то и не заметил, – вяло отозвался Ричард.

Странно, но едва незнакомка перешла к самому главному, к тому, что касалось всей его дальнейшей судьбы, ему вдруг решительно захотелось спать, как будто накопившаяся за последние дни усталость только и ждала этого ответственного момента. «Лучший способ разговорить собеседника – не слушать его вовсе» – любил говаривать американский шеф Ричарда, сморкаясь в свой знаменитый на весь журналистский мир Соединённых Штатов клетчатый носовой платок.

– Ох, простите, – он, не в силах более сдерживаться, зевнул.

На лице Клеопатры вырисовалось явное разочарование, смешанное с нескрываемым раздражением, что не укрылось от Ричарда. «Так, а вот это уже очень даже неплохо!». Но она мгновенно вновь овладела своими эмоциями.

– Хорошо. Я расскажу Вам всё по порядку. Это будет непросто. Но, видимо, ничего не поделаешь.

Женщина встрепенулась: «Может кофе?».

– Не откажусь, сделайте милость, – немного помявшись, согласился он, снова борясь с подступающим приступом зевоты.

Клеопатра нажала на какую-то кнопку, ловко вмонтированную в настенный античный барельеф, изображающий любовную схватку Сатира и Нимфы, и через несколько секунд в дверях (в других дверях) показался человек в одежде времён счастливого отрочества французских энциклопедистов. «Ну да, рококо с электропроводкой», – усмехнулся Ричард. Ещё через несколько минут он сидел за накрытым простой льняной скатертью столом напротив своей похитительницы. Она, как будто заново с интересом рассматривала его из-за своей ажурной чашечки, а он просто наслаждался крепким йеменским кофе, охотно заедая его витиеватыми маковыми кренделями, под стать интерьеру.

– Вы простите, Ричард, что всё так глупо получилось. Это ночное похищение…

– Нет, в этом даже что-то есть, что-то будоражащее кровь.

Говорить с непрожёванным кренделем во рту было не совсем удобно. Но не отвечать стало бы совсем неучтиво.

– Вы всё шутите, – она отставила чашечку на стол.

– А Вы предпочли бы, чтобы я хватался за сердце? – с этими словами несколько крендельных крошек самым глупейшим образом вылетели из его рта на штанины.

Женщина и глазом не моргнула.

– Если бы всё зависело от моих предпочтений. Оставим это… Итак, Вы готовы выслушать меня?

«Интересно, а что если я скажу ”нет”?».

– Разумеется. – Ричард тоже отставил чашку, всем своим видом давая понять, что и маковые крендели его тоже теперь больше не интересуют.

Получив согласие, женщина начала издалека.

– Вот уже 86 лет в Гонконге существует масонская ложа. Из этого факта, собственно, никто и никогда не делал тайны. Всем известно, что масоны вездесущи, как… – она быстро взглянула на корреспондента, и тот кивком головы подтвердил – всё верно, какая же это тайна? – Регулярно проводимые балы, собрания, посвящения, приёмы высоких гостей из Метрополии, так сказать, почтенных «градусников»… Всё шло своим чередом до тех пор, пока в конце XIX века с ложей не случилась странная метаморфоза. Что в точности произошло, мне неизвестно. Об этом не принято говорить и каким-либо образом выказывать интерес к данной теме.

Клеопатра занервничала и снова начала теребить обручальное кольцо.

– В том, что некоторые периферийные сообщества со временем обретали самостоятельность, тоже нет ничего удивительного – вполне обычное дело, поверьте. Все эти разговоры о мировом заговоре, об общем масонском центре – это всё бред, – она снова взглянула на Ричарда, и он снова утвердительно кивнул, давая понять, что и с этим спорить не станет. – Но здесь произошёл совершенно особый, экстраординарный случай. Магистр ложи без объяснения причин сложил с себя все полномочия и отбыл из Гонконга в Австралию. Все обязанности по управлению ложей перешли к Совету 12-ти, который решил впредь не выбирать Магистра, а управлять ложей коллегиально. Но и в этом решении Совета, по сути, нет ничего странного, так как подобные прецеденты в разное время имели место. В конце концов, данный факт никак не противоречил идеалам цехового братства, скорее даже наоборот. Вы меня понимаете?