Алексей Синицын - Самоучитель Игры

– В каком смысле? – не совсем понял Ричард, продолжая неторопливо курить.

– В том-то и дело, что сначала смысл не выходил за рамки чисто символического. Игра походила на невинное упражнение в смирении, к тому же расцвечивающее серые будни всеми яркими цветами радуги, – женщина горько усмехнулась своему каламбуру. – Всё это, наверное, выглядело в глазах первых игроков как стирание социальных и имущественных барьеров, разъединяющих людей вопреки Великому Замыслу. Да, и члены Совета не уставали разъяснять «радужную» суть истинно братских отношений. А потом ведь, «рабской» повинностью человек был обременён только до следующего традиционного Бала, а там ситуация могла измениться на прямо противоположную – бывший «раб» мог легко стать «Господином».

– Купоны выдавались снова по жребию, и всё начиналось сначала. – Ричард автоматически схватил ещё один завитушчатый маковый крендель и целиком отправил себе в рот.

– Если бы всё было так просто, – вздохнула Клеопатра. – Постепенно, Игра стала разрастаться со стремительностью раковой опухоли, поглощая всё новых приверженцев и диктуя всем, кто соглашался играть с ней свои собственные условия.

– Что же, Игра сама придумывала правила для игроков? – сыронизировал корреспондент.

– А Вам кажется такое невозможным?

– Согласитесь, это почти всякому покажется невероятным, – пожал плечами Ричард.

– Хорошо, я постараюсь разъяснить Вам некоторые принципиальные нюансы Игры. Однако, Вы сами очень скоро поймёте, что всех её нюансов и деталей наперёд знать невозможно. И именно благодаря этому она сделалась для многих столь привлекательной.

Женщина быстро взглянула на комнатные часы.

– Ещё кофе?

– Нет, нет, благодарю, я в полном порядке и весь – внимание.

Она снова несколько секунд внимательно изучала его лицо, а потом заговорила вновь:

– С некоторых пор всё происходящее стало откровенно называться поединками . Почему я говорю «откровенно»? Да потому что это ещё раз доказывает тот факт, что ритуально-символическое значение радужного жребия, все разговоры о смиренном братском служении, об осознании бренности любого земного возвышения и тщетности земной власти были всего лишь высокопарной чушью, призванной скрыть истинные намерения Игры. Не смотрите на меня так, я не оговорилась. Проще всего обвинить во всём Совет. Но, во-первых, члены Совета 12-ти первыми включились в Игру на равных правах с остальными. А, во-вторых, поправками впоследствии занимались вовсе не они.

– Поправками?

– Да, поправками стали называть многочисленные мелкие дополнения к основному Регламенту Игры, появившиеся позднее. Некоторые из них прижились, некоторые впоследствии были отвергнуты или исправлены.

– Но что за люди, в таком случае, взяли на себя роль арбитров? – поинтересовался Ричард, подходя к камину с очередной сигаретой.

– Сначала роль таких людей выполняли приговорённые к смерти преступники.

– ???

– Говорят, что в первые годы для исполнения воли жребия выбирался один из смертников, который на своё усмотрение выдавал игрокам радужные купоны. А после того, как он делал своё дело, от него естественным образом избавлялись, заменяя на следующего приговорённого. Ведь одним из главных условий Игры была и остаётся тайна исхода каждого индивидуального поединка. Только участники поединка знают о том, кто из них выиграл, а кто проиграл. Потом по разным причинам пришлось отказаться от столь пикантной игровой подробности. Знаете, некоторые перед лицом неминуемой смерти изрядно чудили…

– Неудивительно, – мрачно буркнул репортёр, затягиваясь «Кэмелом».

– Вы знаете, что такое «Jukebox»? – Клеопатра вдруг заметно оживилась.

– Вы забыли? Я же американец, – уколол её в самую точку осведомлённости Ричард. – Мне ли не знать о музыкальных автоматах!

– Простите. Я просто хотела сказать, что сегодня всё выполняется специальным устройством, действующим по принципу взбесившегося музыкального автомата. Участвующие в поединке вводят свой порядковый номер и получают случайно выбранную «пластинку», на которой может оказаться Дюк Элингтон, а может похоронный марш. Сколько купонов, и какого цвета заготовлено у автомата на определённый день – об этом не знает никто.

– Но ведь этот ваш игровой автомат тоже нужно заправлять, обслуживать. Кто-то должен, если что, проверить данные об исходе того или иного поединка.

– Да, всё верно, – подтвердила она. – За всем этим стоит Высший Совет Судий, они же и выступают в качестве арбитров всех спорных ситуаций, если таковые возникают. Судьи не участвуют в Игре, и кто они – мне неизвестно. Их личности держатся в строжайшей тайне, чтобы исключить любую возможность сговора или давления на них. Ходят слухи, что новые поправки вносятся тоже через них, но об этом никто из игроков ничего не сможет вам сказать наверняка.