Александр Содерберг - Сын за сына

– У тебя с собой паспорт, Майлз? Поддельный?

Ингмарссон протянул паспорт. Вессман засунул его во внутренний карман пиджака.

– Хорошо, найму тебя под этим именем. Ты – компьютерщик и получишь доступ к большей части данных посольства.

– Я ничего не понимаю в компьютерах. Что мне делать, если кто-то спросит?

– Ты же когда-то был дипломатом?

Майлз кивнул.

– Да просто ври напропалую. Это у нас получается лучше всего.

Шведское посольство располагалось в нескольких кварталах к северу от ресторана. Они шли вверх по брусчатым улицам до территории замка.

Вессман показал на здание справа от них:

– Ты будешь жить здесь, у одного моего друга; там пустая квартира, я ее забронировал.

Все было удобно и близко расположено. Майлзу нравилась Прага.

Кеннет Вессман провел его в посольство, устроил на работу, организовал пропуска. Все прошло легко. Майлзу понравился Вессман.

Потом – вниз, в подвал, темный коридор и комната в глубине. Без окон, три компьютера, мебель как в официальных шведских учреждениях, несколько серверов, чайник и растворимый кофе.

– Сойдет? – спросил Вессман.

Комната была ужасно тесной и безликой.

– Лучше не бывает, – ответил Майлз, снимая пальто.

Йенс с Михаилом вошли в больницу ночью в двадцать минут четвертого. Полицейский в голубой рубашке около палаты Софии наливал кофе из взятого с собой термоса. На коленях – ручка и журнал «Камикадзе судоку». Он привстал, когда увидел, что к нему быстро приближаются двое крупных мужчин.

– Стойте, – громко сказал полицейский, суетливо высвобождая пистолет из кобуры. Мысли у него в голове путались, он взял рацию, попытался нажать на нее, понял, что теряет время, и переключился на перцовый баллончик в кожаном чехле, пристегнутом к ремню. Замешательство полицейского привело к его собственному краху. Михаил схватил его, втащил в палату, положил на живот, заклеил ему руки и рот изолентой, швырнул в туалет, выдернул пистолет и рацию и закрыл дверь.

Йенс разблокировал колеса под кроватью Софии. Они выкатили ее в коридор и направились к заднему выходу из больницы.

Вибеке Стин наткнулась на них, когда выходила из комнаты отдыха. Она была вне себя.

– И куда вы ее увозите, а?

– Отсюда, – ответил Йенс по-датски.

– Вам это запрещено.

– Мы все равно это сделаем.

Вибеке стояла на своем:

– Она в очень плохом состоянии, без медицинской помощи она умрет.

– Она получит помощь, – сказал Йенс.

– Когда?

– Через десять-пятнадцать часов.

– Возможно, будет уже слишком поздно…

Йенс заметил, что врач говорила серьезно, почти умоляюще.

– Прошу вас все обдумать, – добавила она.

– Лучше помогите нам, – попросил Йенс.

Она скептически прищурилась:

– Как?

– Мы в любом случае заберем ее.

– Ей нельзя просыпаться, – сказала Вибеке. – Вы должны все время держать ее под наркозом. Ни в коем случае нельзя допустить кровотечение. Нужны постоянные капельницы и контроль пульса.

Йенс отошел от кровати и направился к Вибеке, отметив ее встревоженность, что было вполне естественно. Подхватив ее под руку, он сказал:

– Давайте возьмем все необходимое.

Йенс и Вибеке опустошили запасы лекарств. Врач продолжала объяснять ему, какие препараты он должен давать Софии, как часто и каким образом. Когда они закончили, Йенс попросил у Вибеке ключи, закрыл ее в кладовке и ушел.

Они выкатили койку на улицу с черного входа в больницу. Там стоял «Шевроле Экспресс» с открытыми задними дверями. Лотар ждал в багажном отсеке фургона. Софию закатили внутрь. Они заблокировали каталку, закрепили ее тросами к полу и стенам и поехали прочь, медленно и осторожно.

Заднюю часть автомобиля трясло, в то время как Лотар с Йенсом крепили капельницу, а Йенс передавал Лотару информацию, которую только что получил от врача в больнице.

– Я все сделаю, – сказал Лотар.

– Отлично, – ответил Йенс и, немного помолчав, добавил: – Ты молодец. – Он похлопал Лотара по плечу.

Тот молча расставлял лекарства в пластиковой коробке на полу.

Йенс пролез вперед и опустился на сиденье рядом с Михаилом.

Эйнар Ларсен был ошеломлен. Своего коллегу со связанными руками обнаружил рано утром сменщик. Пациентка с неустановленной личностью исчезла. А вдобавок и кровать, на которой она лежала.

Ни одна из камер наблюдения ничего не зарегистрировала.

Ларсен прочитал данные из Швеции. Тест ДНК ничего не показал, отпечатки пальцев – тоже. Личность женщины оставалась неустановленной.