Дэвид Балдаччи - Невинная

Бросив взгляд на Джули, Роби заметил, как та широко распахнула глаза, впитывая эти новые сведения о своих родителях.

– В общем, – продолжал Кэссиди, – после Первой в Заливе дела у меня как-то не заладились. Впутался в скверную историю… Они помогли мне выпутаться.

– Наркотики? – спросил Роби.

– К наркотикам я касательства не имел, – проронил Кэссиди негромко, не глядя на Джули.

– Я знаю, что у моих родителей были проблемы с наркотиками, – отозвалась Джули. – Особенно у папы.

– Он был хорошим человеком, Джули, – промолвил Кэссиди. – Я же говорил, он спас мою задницу в пустыне. Заслужил «Бронзу» за доблесть. И «Пурпур» тоже. Когда мы были в погонах, он ни разу к спиртному и не притронулся. Но сюда мы вернулись совсем другими. Война была не такой уж и долгой, не как Вьетнамская или Вторая мировая. Но там мы навидались всякого. Масса смертей, по большей части штатских, женщин, детей. И уйма парней вернулись сдвинутыми или больными. В общем, твой папочка начал употреблять… Шмаль. Кокс. Мет. Твоя мама пыталась его вытянуть, но так и не сумела. А потом и сама подсела на это дерьмо. Уж если увяз в этой яме, выкарабкаться адски трудно.

– А ваш грех? – поинтересовалась Вэнс.

– Я закладывал за воротник, – откровенно признался Кэссиди.

– И все же владеете баром? – докинул Роби.

– Лучший способ испытывать себя на повседневной основе. Я окружен самым лучшим бухлом, но уже десяток лет капли в рот не брал.

– Джули четырнадцать. Значит, с Гетти вы виделись последний раз лет тринадцать назад? – уточнила Вэнс.

– Так я и сказал.

Роби обвел взглядом просторный кабинет.

– Гетти были совсем на мели. Может, вам стоило отплатить добром за добро и помочь им выкарабкаться.

– Да я бы с радостью, – откликнулся Кэссиди, – кабы мог их сыскать.

Выдвинув ящик стола, он нажал кнопку на нижней стороне столешницы. Портрет всадницы позади его стола со щелчком откинулся, открыв взглядам сейф. Распахнув его, Кэссиди извлек стопку писем и поднял на обозрение.

– Письма, что я писал твоим родителям, Джули, писал годами. Все вернулись нераспечатанными, адресат неизвестен. Я потратил уйму времени и денег, пытаясь разыскать вас всех. Искать у себя же на задворках мне даже в голову не приходило. – Швырнув письма на стол, он сел обратно в кресло и дрожащим голосом вымолвил: – Не могу поверить, что они мертвы. – Утер глаза и тряхнул головой.

Роби поглядел на письма.

– Вы потратили на это немало сил.

– Я же сказал, они были моими друзьями. Кёртис спас мне жизнь. Они помогали мне, когда я в этом нуждался. – Он поглядел на Джули. – Раз твоих родителей не стало, с кем ты живешь? Кто о тебе заботится?

– Они, пока что, – Джули указала на Роби и Вэнс.

– Она что, под защитным арестом или что? – спросил Кэссиди.

– Или что, – отрезал Роби.

– Я могу помочь тебе, – Джером смотрел на Джули. – Я бы хотел помочь тебе, как хотел помочь твоим родителям.

– Мы можем потолковать об этом после, – сказал Роби. – Вы больше ничего не можете сказать нам о Гетти или других членах отделения?

– Я же сказал, что не поддерживал контакт.

– Вы помните Габриеля Зигеля и Элизабет Клэр?

– Ага, помню. Как они живут?

– Вообще-то не фонтан. А как насчет Рика Уинда?

– Ага, славный парень. Отличный солдат.

– Теперь он тоже мертв. Как и Лео Брум.

Вскочив, Кэссиди хлопнул ладонью по столу.

– Все эти люди из моего старого отделения были убиты?!

– Не все. Но процент смертности куда выше, чем нам хотелось бы, – сухо обронила Вэнс.

– Мне надо тревожиться? – поинтересовался Кэссиди.

– По-моему, тревожиться надо всем, – ответил Роби.

– Мы наведались ко всем троим, и ничего не произошло, – сказал Роби по пути обратно к машине.

– Откуда следует, что они не засветили свои карты на предмет того, кто из них важен, – резюмировала Вэнс.

– Вообще-то умный ход.

– Может, это просто не играет роли. Зигель ничего не знал, кроме того, что ван Бюрен в хосписе. Она не могла ничего сказать, потому что при смерти. Однако Кэссиди малость странноват.

– Мне он понравился, – призналась Джули. – Он типа малость напоминает папу.

– Он определенно пытался отыскать твою семью, – заметил Роби. – Но все же странно, что он не знал ни о ком другом из живущих по соседству. Если мужику по средствам разыскивать Гетти, почему бы не поискать и еще кого-то из остальных?

– Он же сказал, мои родные ему помогли, – ответила Джули. – А папа спас ему жизнь. Остальные были просто солдатами того же отделения.