И Марибель, и Меса говорили, что работают от рассвета до заката.
Рассветет еще до того, как Агилар доберется до селения. Значит, дома ее не будет, она будет в приемной, прямо на площади.
Он попытался выжать из мотоцикла еще хоть капельку скорости. Может, удастся отсечь их прежде, чем они доберутся до селения, отыскать способ убить всех поголовно.
Марибель нужна ему.
Мосты между ним и Эскобаром сожжены несколько драматичнее, чем он планировал, окончательно и бесповоротно. Никаких прощальных объятий с капелькой грусти, никаких лучших пожеланий. Он прикончил одного из бойцов El Patrón ’а и вырвался из его когтей. Назад он сможет вернуться разве что в виде головы, насаженной на кол.
Но мотоцикл и так уже отдавал все, что только мог. Агилар буквально прильнул к нему, чтобы уменьшить лобовое сопротивление, но это почти не помогло.
Когда впереди замаячили первые постройки на околице, солнце уже заметно поднялось над горизонтом.
Агилару показалось, что сквозь рев байка пробиваются какие-то звуки. Отдаленные хлопки. Стрельба?
Возможно. Он не так уж отстал. Мотоцикл может дать грузовику на грунтовке солидную фору.
Ему пришлось мешкать, чтобы дать Гордо время расслабиться, утратить бдительность. Слишком долго?
Он ворвался в селение, срезая углы, едва не столкнувшись с повозкой, запряженной мулом.
А затем перед ним распахнулась площадь. Он махнул через площадь напрямик, не обращая внимания на прочее дорожное движение и отчаянно надеясь, что, завидев его приближение, люди сами уберутся с пути.
Прямо перед ним была приемная Месы.
Дымящиеся развалины.
Стеклянная дверь вдребезги. Стены продырявлены пулями. Табличка, сбитая с креплений, валяется на земле.
Внутри мерцали отблески пламени. Тянуло дымом и керосином.
Остановив байк, Агилар поставил его на подножку и влетел в дверь, задев стекла плечами.
– Пусть тебя там не будет, – твердил он снова и снова. – Пусть не будет. Пусть не будет.
В прихожей было пусто. Телефон и регистрационная книга, сброшенные на пол, были залиты керосином; они горели, и пламя лизало стену, подбираясь к потолочным балкам.
Сделав глубокий вдох, Агилар задержал дыхание и сквозь густой дым двинулся вглубь дома.
Стены, потолок и половина пола были охвачены пламенем.
Доктор Меса лежал в собственном зубоврачебном кресле, будто для осмотра. Но его грудь и белый халат были залиты кровью, голова отсутствовала, а шея превратилась в измызганный, влажно поблескивающий обрубок. Его одежда дымилась, и пламя лизало основание кресла, не находя, за что уцепиться.
Но Марибель не было! Забыв, что дышать нельзя, Агилар испустил вздох облегчения, вдохнул воздух вперемешку с густым дымом, и закашлялся. С зажмуренными слезящимися глазами, пригнув голову к груди, он вдруг запнулся обо что-то.
Открыл глаза.
Марибель на животе лежала на полу.
Даже без головы он узнал ее без малейшего сомнения: синий хирургический костюм, формы тела.
– Не-е-ет! – вскричал. Упал на колени, скривившись от боли в ноге, но почти не замечая пламени. Коснулся ее. До сих пор такая теплая, податливая. Такая… такая Марибель.
Пистолет был у него на бедре. Агилар подумал, не остаться ли здесь с ней навеки. Пусть огонь пожрет обоих.
Опустил руку, коснулся рукоятки… и отпустил ее.
Этот шаг он сделать не в состоянии.
А если ему и осталось, ради чего жить, то ему это неведомо.
Но он не может оборвать свою жизнь, не попытавшись отыскать ее смысл.
Пламя вприпляску подбиралось к нему. Поцеловав Марибель в плечо, он двинулся сквозь дым обратно наружу. Люди уже сбегались к приемной. Вероятно, сперва нападение распугало их, но прошло уже достаточно времени, чтобы они собрались с духом.
Не обращая на них внимания, Агилар бросился к мотоциклу. Завел двигатель.
И только тогда углядел грузовик, припаркованный перед ресторанчиком, от которого разносился запах кофе. Если парни внутри, он может расквитаться.
И зашагал к нему, выхватив пистолет и держа его у бедра.
Но едва сделал пару шагов, как перед его мысленным взором встало лицо Марибель.
Она бы этого не хотела. Она не хотела бы быть убитой и обезглавленной. Но, зная, что это уже с ней случилось, она не хотела бы, чтобы это породило новые убийства. Единственное, что могло бы принести ей посмертный покой, – это пресечение дальнейших убийств.
Так что он исполнит то, чего она наверняка пожелала бы. Он не станет искать возмездия. Он не пойдет в ресторан, чтобы перемочить там пацанов.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу