Дэвид Белл - Вернуть ее домой

Тейлор кивнула:

— Мне кое-что нужно от вас. Я хочу пойти туда, где нашли этих девушек, в тот парк. И я хочу, чтобы вы пошли со мной.

Они ехали по гравийной дороге к участку возле небольшого пруда, находящемуся в центре парка Данлэп. Слева от них были беседки для пикника и детская площадка, справа — тропы для туристов и байкеров. Какой-то старик стоял на противоположной стороне пруда, тепло, по погоде, одетый; оранжевый поплавок его удочки чуть двигал легкий ветерок. Билл не думал, что у старика много шансов поймать что-нибудь в такой холодный пасмурный день. Но, может быть, он просто хотел провести какое-то время в тишине, на природе.

Билл запер машину и огляделся. Он знал, что девочек нашли на тропе, и, насколько ему было известно, поблизости была только одна тропа, почти трехмильная петля, которая проходила через парк, тянулась вдоль берега реки, а затем возвращалась к тому месту, где они стояли.

Тейлор застегнула рубашку и накинула на голову капюшон толстовки, закрывший большую часть ее лица.

— Вы знаете, где это? — спросила она.

— Нет, я думаю, нам просто нужно идти прямо. Я тоже здесь не был.

Но он хотел сюда приехать. И он знал, что когда-нибудь это сделает. Тейлор просто подтолкнула его к тому, чтобы сделать это прямо сейчас.

Они двинулись по гравийной дорожке. В течение того короткого промежутка времени, когда Билл считал — действительно считал, — что Саммер мертва, он испытывал то же желание, что и Тейлор. Он хотел увидеть место, где было обнаружено ее тело. Он не мог бы сказать почему, но он чувствовал, что это место должно иметь особое значение для него, даже если она на самом деле умерла не здесь.

Он знал, где умерла Джулия. Он каждый день ходил по тому месту в кухне, которое стало для него вечным напоминанием о трагедии.

Они с Тейлор шли почти в полной тишине, слышны были только хруст гравия под их обувью, да иногда крики птиц. Тейлор споткнулась один раз, зацепившись за выступ. Билл подхватил ее под руку и почувствовал, какая она тонкая.

— Спасибо, — сказала она, продолжая идти.

Она снова заговорила только через несколько минут:

— В полиции мне сказали, что люди сюда приходят. Знаете, оставляют записки и свечи, все такое.

— Приятно слышать, — сказал Билл, хотя он не мог понять, почему незнакомым людям хочется прийти на место, где кто-то, кого они не знали, умер или был покалечен.

Но… разве они с Тейлор не делали то же самое? Он не знал Эмили, однако считал, что должен побывать здесь с ее матерью. Когда она предложила поехать сюда и Билл представил, как эта опечаленная женщина прогуливается по парку в одиночку, оставляя за собой запах сигарет и спиртного, у него сжалось сердце. Ей не хватало общения, а он, похоже, понимал лучше кого бы то ни было, что она переживала.

Деревья по обе стороны дорожки были голыми. Они качались на ветру и, казалось, тоже требовали внимания. Края дорожки были грязными от зимней слякоти. Создавалось впечатление, что ничто не зазеленеет и не начнет цвести снова.

Когда они повернули, Тейлор указала на что-то рукой:

— Посмотрите!

Впереди Билл увидел массу разных вещей. Букеты цветов, мягкие игрушки, церковные лампадки со свечами и записки. Сотни предметов для двух девушек, одной из которых уже не было на свете.

Когда они подошли ближе, Тейлор откинула капюшон и прижала руку ко рту, ее лицо заливали слезы. Затем она схватилась за грудь, как будто ее кто-то ударил, и опустилась на одно колено, ее волосы развевались на ветру и закрывали лицо.

Билл застыл на месте. Он смотрел на эти предметы, и вдруг ему показалось, что Саммер смотрит на него. Это был ее последний школьный портрет, где она широко улыбалась, как обычная американская девушка. Потом Билл прочел некоторые записки. Мы тебя любим… Мы скучаем по тебе… Наши мысли и молитвы о тебе… Верните ее домой…

Билл снова ощутил весь ужас происшедшего. Кто-то похитил его дочь. Кто-то пошел на это. Это не была случайность. Кто-то влез в его жизнь и сделал что-то невероятно ужасное. Кто-то забрал у него самого важного человека в его жизни. Снова.

Билл долго смотрел на игрушки и свечи, а ветер трепал его куртку. Он опустился на одно колено, чувствуя ногой влагу земли, и положил руку Тейлор на спину, снова ощутив запах сигарет и спиртного.

— Мне жаль, — сказал он. — Это не чересчур для вас? Хотите уйти?

— Даже если это не она, я чувствую, что она пропала. Как будто она больше не моя.