Дэвид Белл - Вернуть ее домой

Билл снова посочувствовал девушке. Никому не нравится плестись в хвосте, но кто-то все же там оказывался. Он подозревал, что безобидная низкорослая Тина чаще, чем другие. Билл отвернулся, когда Тина сказала:

— Те мальчики были там, поэтому я не хотела…

Он приосанился и вошел в комнату. Увидев его, Пейдж и Тина вздрогнули.

— Так что насчет мальчиков? — спросил он.

Тина сжалась, как будто Билл собирался ударить ее. Она ссутулилась, ее голова повисла, и она напоминала черепаху, собирающуюся укрыться под своим панцирем. Пейдж явно была расстроена, и Билл понимал почему. Он все испортил. Эти двое говорили откровенно, а из-за него доверительная атмосфера была разрушена, но его это не волновало. Ему нужно было знать.

— Ну? — сказал он. — Так что?

Тина попыталась вжаться в спинку дивана. Пейдж сказала:

— Все в порядке, Билл. Я расскажу тебе об этом.

— Здесь и сейчас.

Пейдж бросила на него взгляд, который Билл расшифровал так: «Да что с тобой такое?», взгляд, осуждающий его за такое поведение в столь деликатной ситуации. Она повернулась к Тине и заговорила с ней так, как будто та была испуганным птенчиком:

— Тина, почему бы тебе не пойти домой? Ты сказала все, что было нужно.

Тина кивнула и встала.

— Тебя отвезти? — спросила Пейдж.

— Я каталась на своем новом велосипеде, — сказала она. — До моего дома недалеко.

— Ладно, — сказала Пейдж. — Позвони мне или пришли эсэмэску, если захочешь поговорить.

Тина шагнула к двери, и Биллу захотелось протянуть руку и остановить ее. Но он знал, что не может этого сделать, так что не двинулся с места, когда девушка проходила мимо него. Когда она вышла из комнаты, Билл наблюдал за тем, как она идет по коридору. Тина все еще сутулилась, делая мелкие шажки.

Он повернулся к сестре:

— Что это было?

Пейдж похлопала рукой по дивану:

— Сядь. Я все тебе расскажу.

— Почему она не в школе? — спросил Билл, садясь.

— Ее мама решила, что с этого семестра она перейдет на домашнее обучение, — сказала Пейдж. — Наверное, Тине лучше заниматься дома. Меньше отвлечений.

— Почему она была здесь?

— Она переживает из-за Саммер, Билл, — ответила Пейдж таким тоном, как будто он должен был это и сам понимать. — Она думала, что уже можно навестить ее. Она напугана. Бьюсь об заклад, каждый ребенок в этой школе боится. Не так ли? — Лицо Пейдж стало серьезным. — Девочке нужен кто-то, с кем можно поговорить. Ты знаешь ее маму?

— Мы едва знакомы. В основном Джулия бывала на родительских собраниях и совещаниях родительского комитета.

— Я почему-то думаю, что ее мама — не самый лучший слушатель, — сказала Пейдж. — Тина показалась мне одинокой. Потерянной.

— Ты не можешь прискакать на белом коне и спасти всех.

— Это так ужасно — говорить с испуганной девочкой-подростком. Это я предложила ей свое «сочувственное ухо». — Глаза Пейдж блестели. — Ты знаешь, что прощание с Хейли сегодня вечером, а завтра похороны?

— Уф, — произнес Билл. — Конечно. Я должен быть там.

— Должен. Я уверена, будет много народу. У них это произойдет в спортзале средней школы. Это мне сказала Тина.

— Что еще она тебе говорила? — спросил Билл.

Комната была маленькой. У одной стены на столике стояли кофеварка и чашки, на другой висела книжная полка с потрепанными книгами в мягкой обложке. Предприимчивый сотрудник больницы повесил разноцветный мотивационный плакат, изображение дерева и радуги со словами: «Продолжайте искать цвета. Они все вокруг нас».

Пейдж подняла руки и провела ими по волосам, качая при этом головой:

— У меня такое чувство, будто мне необходимо принять душ после нашего разговора.

Билл ждал. Он знал, что торопить Пейдж не стоит.

— Те ребята из школы, о которых спрашивали полицейские, у них было что-то вроде соревнования, — начала Пейдж. — И это было связано с девушками и сексом. По-видимому, они старались переспать с как можно большим количеством девушек и получали за каждое действие очки.

— Очки? — переспросил ошарашенный Билл, пытаясь переварить услышанное. — За какие действия?

Пейдж посмотрела на него так, будто хотела предостеречь его от чего-то.

— Знаешь, очки за поцелуи, очки за ласки, очки за секс…

— О боже! — воскликнул Билл. — Я понял. — Он не мог прийти в себя. — И Саммер, и Хейли…

Пейдж кивнула:

— У парней был график. Я думаю, этот парень, Клинтон, был у них главным. И когда Саммер была у него дома, она увидела этот график. Увидела в нем свое имя. И Хейли. По словам Тины, об этом знали многие их друзья. Ты думаешь, она встречалась с одним из этих парней, с тем, с которым пошла на танцы? Так? Это Тодд?