Когда Фесенко и Карпенко покинули кабинет, Манюня обратился к Михаилу:
– Небольшой инструктаж, пока Ольга набирает номер. Пойдешь с Карпенко, одному нельзя. Гопа мастер провокаций. Постарайтесь избежать ссор или конфликтов. Только вопросы и фиксация ответов. Он пользуется своими депутатскими полномочиями, как бандит кастетом.
– Ясно!
– Если откажется отвечать, то это тоже результат. Вызовем в прокуратуру официально….
В этот момент Ольга сообщила, что переключает телефон на Манюню.
– Григорий Борисович, добрый день! Беспокоит Манюня. У меня неофициальная просьба принять на четверть часа моих людей. Повод ты знаешь. Не твоя ли газета критикует прокуратуру за бессилие в следствии по делу об убийстве Комкова и Сущенко. Ничего нового, только новый руководитель следственной бригады. Гречка Михаил Егорович. Настаивает на разговоре с тобой. Я не могу отказать, да и в твоих интересах тоже. Согласен, что дело пора закрывать. Возможно, мы так и сделаем в ближайшее время. Еще несколько мелких вопросов и можно закончить. Мы не хотим критики и обвинений в небрежности с другой стороны. Ты меня понимаешь…. Вопросы на месте. Это твое право. Тогда договорились. В два часа дня в «Элита клаб». Спасибо за сотрудничество.
– Согласился? – уточнил Михаил.
– Да. Только не дает гарантий, что будет отвечать на вопросы. Но выслушает их внимательно.
– Иногда отсутствие ответа красноречивее, чем ответ. Спасибо ему и за это.
– На всякий случай Карпенко ни слова. Он человек новый. Пусть только сопровождает тебя. Эффект неожиданности должен быть полным. Результат доложи сразу.
До встречи с Гопшовским оставалось больше двух часов. Даже с перерывом на обед оставалось много свободного времени. Михаил вместе с Карпенко отправились к Фесенко. На фальшивом паспорте должна быть подлинная фотография Виста. Нужно было срочно разыскать паспорт Виста и сделать копию с фотографии. Возможно, в картотеке Тризны также есть фотография Виста, раз он там присутствует. Михаил до этого только сейчас додумался. Можно было бы обсудить вопрос на совещании, теперь приходилось ехать в Управление.
– Вы что-то здесь потеряли? – встретил их не очень доброжелательной шуткой Фесенко.
– Забыли одну вещь! Нужно срочно добыть паспорт Виста и сделать копию фотографии, – Михаил показал, что шутке не обиделся.
– Опоздали! Уже распорядился.
– А фотография в картотеке Тризны?
– Там нет фотографии, он не считался злостным наркоманом.
– До двух часов фотография будет?
– А что будет в два часа?
– Моя встреча с Гопшовским. Присоединиться не хотите?
– Нецелесообразно. Иначе Манюня пригласил бы и меня. Вы плохо знаете Гопшовского.
– Только понаслышке.
– Скоро узнаете. Короче, если будет результат по Висту, найду вас сразу же.
– Тогда мы в столовку, раз уж мы в Управлении.
В вестибюле клуба Михаила и Карпенко встретил швейцар, округлый мужичок с окладистой бородой. В ливрее с галунами и аксельбантами он выглядел очень импозантно.
– Заведение закрыто, открываем через два часа.
– Мы из прокуратуры. Нас ждет Гопа, – проявил инициативу Карпенко.
– Не Гопа, а Григорий Борисович!
– Извините моего помощника, Григорий Борисович Гопшовский назначил нам встречу на два часа. Проведите, пожалуйста, нас к нему.
– Направо дверь ресторана, он сейчас обедает.
В пустом ресторанном зале в дальнем углу противоположном от входа и окон за столом обедал дородный мужчина.
Гопа пригласил посетителей жестом за свой стол.
– Присоединяйтесь! Вот меню. Выбирайте по вкусу, угощаю.
– Спасибо! Мы уже пообедали у себя в Управлении
Говорил только Михаил. Карпенко сделал правильные выводы после деликатного замечания Михаила.
– После ваших льготных щей справитесь и с нашим обедом.
– Мы ели не только щи.
– Тогда предлагаю кофе.
– Спасибо! От кофе мы не откажемся.
Гопа поманил официанта, который находился достаточно далеко, чтобы не слышать разговор за столом, но глаз с хозяина не спускал.
– Два фирменных «капучино» для гостей. Мне подашь позже, как всегда.
Гопа продолжил пожирать огромный шашлык на ребрах с жареным картофелем и квашеной капустой.
Михаил ненавязчиво рассматривал Гопу и интерьер клубного ресторана. Перед ним сидел крупный мужчина с головой стриженной очень коротко, но не бритой. На розоватых, как кожа молодого поросенка, щеках торчала недельная щетина с сильной проседью. Откровенный и нарочитый стиль беглого зэка. Назвать его разъевшимся нельзя. В его возрасте так выглядел любой здоровый мужчина, любящий вкусно поесть.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу