Джесси Келлерман - Философ

Собственно, и журналисты этого объяснения не приняли. Журналистам требуется нечто более пикантное, поэтому они ухватились за мой послужной список, так что, когда мое имя появляется в печати (а это еще случается, и мои поклонники всякий раз присылают мне почтой вырезки), к нему нередко приделывается титул «бывший профессор Гарварда, осужденный за убийство». Поначалу я, увидев эти слова, писал в соответствующие издания, прося напечатать поправку. Разумеется, никто мне даже не ответил, и я эти попытки оставил. Профессор Гарварда так профессор Гарварда. Мне даже представить трудно, до какой степени это должно бесить Линду.

К компьютерам нас здесь не подпускают, однако молодой человек из Валла-Валла взял на себя труд распечатать тридцатистраничный, посвященный мне материал, собранный на его сайте. Помимо меня его сильно интересуют Леопольд и Лёб, «Убийца школьницы», Теодор Качинский и Роберт Макнамара {1} 1 Натан Леопольд (1904–1971) и Ричард Лёб (1905–1936) – выходцы из очень богатых семей американских евреев, совершившие в 1924 году одно из самых известных в Америке преступлений – похищение (с целью выкупа, совсем небольшого) 14-летнего сына миллионера, родственника Лёба, которого они сразу же убили. Леопольд бегло (по его словам) говорил на двадцати семи языках, учился в Чикаго на юриста и собирался перевестись в Гарвард, Лёб был самым молодым в истории выпускником Мичиганского университета и тоже собирался стать юристом. Оба увлекались Ницше и причисляли себя к «сверхчеловекам». «Убийца школьницы», Роберт Эммет Чамбер-младший (р. 1966), в 1986-м задушил в Центральном парке Нью-Йорка 18-летнюю девушку. Теодор Джон Качинский (р. 22 октября 1942, Чикаго, Иллинойс) – американский математик, выпускник Гарварда, социальный критик, террорист, рассылавший – в знак протеста против уничтожения дикой природы – бомбы по почте. С 1978-го по 1995-й он отправил в университеты и на авиалинии 16 бомб, в результате три человека погибли, двадцать три получили ранения. Арестован ФБР в 1996 году и отбывает четыре пожизненных заключения. Роберт Стрэйндж Макнамара (1916–2009) – американский бизнесмен и политик-республиканец, министр обороны США в 1961–1968 (при президентах Кеннеди и Джонсоне). , который, полагаю, немного обиделся бы, узнав, что его включили в нашу маленькую компанию.

Сильнее всего озадачивают меня предложения руки и сердца, коих я получил пять. Я отбываю пожизненное заключение, шансов на досрочное освобождение у меня никаких. Желания вступить в брак никогда не высказывал. Я изуродован – не до совершенного безобразия, но достаточно для того, чтобы меня не приглашали к участию во всетюремном конкурсе красоты. Может быть, эти женщины считают, что повязка через глаз придает мне некий пиратский шик? Кто их разберет. Я уже отказался от попыток понять, почему люди предпочитают что-то одно всему прочему.

Можно было бы подумать, что письма подобного рода пишутся сумасшедшими, женщинами, неспособными отличить фантазию от реальности. Ничего подобного. Трое из моих перспективных невест производят впечатление женщин пугающе нормальных. Одна даже прислала мне фотографию, запечатлевшую ее в академической шапочке.

Синид из Колорадо: ваше письмо очень мило, желаю вам всяческих успехов.

Я на такие письма не отвечаю. Что никакого впечатления не производит. Их все равно продолжают писать. Суть дела в том, что эти женщины тоже одиноки, а я – идеальное вместилище, отстойник их страхов и разочарований, мало чем отличающийся от персонажа книги или фильма, от фигуры мифической.

Имя моего сокамерника – Уильям. Шесть лет назад он изнасиловал старуху восьмидесяти двух лет, скончавшуюся от нанесенных им увечий. В начале нашего знакомства он был замкнут – почти до кататонического ступора, – прошло несколько месяцев, прежде чем мы начали обмениваться не только одной-двумя фразами за день. Его робость навела меня на мысль о том, что мой шрам и внушительный рост – это своего рода страховой полис. В самом Уильяме росту чуть больше пяти футов и пяти дюймов.

В конце концов он решил, что опасности я не представляю, и тогда из него полились слова, поначалу медленной струйкой, а затем и целыми потоками; получилась бессвязная автобиография, которую мне удалось собрать в нечто целое лишь после того, как я выслушал ее четыре-пять раз. Родители его были алкоголиками; Уильям терпел от них немыслимые сексуальные и физические надругательства, а с двенадцати лет, когда он впервые угнал машину, попеременно жил то в тюрьме, то на воле. О многочисленных своих преступлениях Уильям рассказывает с чувством скорее неловкости, чем сожаления, и я начинаю даже сомневаться в том, что он сознает, за что его посадили.