Дэвид Моррелл - Чужое лицо

- Говорит "ноябрь-3", - склонился над диктофоном Данкен. - Время двадцать один тридцать ровно. Веду наблюдение за объектом. К дому только что подъехал человек. - Данкен подробно описал машину, водителя и назвал номерные знаки. Перехожу на прослушивание.

Данкен опустил диктофон и, прибавив громкость приемника, надел висевшие у него на шее наушники. Приемник фургона принимал сигнал подслушивающих устройств, которые детектив установил в телефонах и выключателях во всех комнатах дома Мендесов. Он подсоединил "жучки" к электропроводке, и подслушивающая система работала круглые сутки. Передачи шли в диапазоне волн, который в Сан-Антонио не используется, поэтому отпадал риск радио- и телевизионных помех, а у обитателей дома не могло возникнуть подозрений, что за ними следят.

В день, когда ему поручили это дело, Данкен дождался, пока в доме никого не останется. Мендесы облегчили ему задачу, уехав за покупками после ужина, когда на улице стемнело. Его напарник последовал за ними в торговый центр. На случай, если бы они решили вернуться раньше, чем предполагал Данкен, партнер успел бы его предупредить с помощью портативного телефона. Разумеется, детектив не рассчитывал только на то, что ему повезет и Мендесы уедут вечером. Он мог бы проникнуть в дом средь бела дня, прикинувшись служащим озеленительной компании. Кому придет в голову заподозрить неладное при виде человека в униформе, который опрыскивает кусты перед домом из большого баллона размером с пожарный огнетушитель, а затем, не привлекая к себе лишнего внимания, скрывается за углом. Данкен забрался в дом через задний дворик. С замком он справился за пятнадцать секунд, а вся операция заняла не больше сорока минут.

Находясь в фургоне, детектив мог регулировать звук на каждом передатчике и делать записи на разных пленках. Впрочем, до сих пор у него было не слишком много работы. За прошедшие две недели ему не довелось услышать ничего стоящего внимания. Секретным кодом Мендесы не пользовались - Данкен бы это заметил. Обычные разговоры с соседями по телефону. Ничего интересного. За обедом супруги чаще всего обсуждали успехи хозяина в бизнесе (он занимался ремонтом машин). По вечерам оба подолгу смотрели телевизор. До секса за две недели так и не дошло.

В этот вечер Данкен в основном слушал взрывы хохота, доносившиеся из телевизора. Показывали очередную комедию. Услышав звонок в дверь и голос мужа, просившего жену посмотреть, кто пришел, детектив убавил звук "жучка", установленного в гостиной, и одновременно включил на полную громкость подслушивающую систему, спрятанную в коридоре.

Данкен знал испанский. Именно поэтому ему и поручили наблюдать за домом Мендесов. Уже первые реплики говорящих заставили его встрепенуться. Незнакомец, назвавшийся Джефом Уокером, интересовался Хуаной Мендес. "Ну что, приятель, - подумал Данкен, - вот и началась настоящая работенка". Не переставая жадно прислушиваться к разговору на крыльце, он убедился, что каждое слово записывается на пленку, протянул руку к телефону и нажал кнопку вызова.

- Вы знаете мою дочь? - спросила по-испански миссис Мендес.

Человек, представившийся Джефом Уокером, стал объяснять, что знаком с Хуаной по службе в Форт-Сэм-Хьюстоне.

Данкен ждал, прижав к уху телефонную трубку.

Человек по имени Джеф Уокер рассказывал о собаке Хуаны Мендес. Кто бы он там ни был, этот Уокер, Хуану он наверняка знает.

Телефон не отвечал.

Между тем Джеф Уокер завел речь о жареных цыплятах.

"А ты не боишься переборщить, приятель", - подумал Данкен.

Внезапно гудки в трубке оборвались, и приятный мужской голос произнес:

- Такер слушает.

- Говорит Брэдли. По-моему, нас можно поздравить.

5

- Почему Хуана не пригласила меня домой? - Бьюкенен повторил вопрос матери Хуаны. - Знаете, я сам себя об этом спрашивал. Мне кажется, она боялась, что вы не одобрите нашего знакомства.

Бьюкенен понимал, что сильно рискует, но следовало попытаться рассеять у нее подозрения. Что-то здесь неладно, но он не знал, чем объясняется ее тревога. Необходимо вызвать у женщины защитную реакцию, тогда она может проговориться о том, что ее заботит.

- Мы не одобрим? - черные глаза мексиканки вспыхнули негодованием. Потому что вы белый? Глупости. Половина сотрудников в фирме моего мужа белые. Многие школьные друзья Хуаны тоже были белые. Хуана знает, что у нас нет предрассудков.

- Простите. Я имел в виду совсем другое. У меня и в мыслях не было вас оскорбить. Хуана говорила мне, и не один раз, что вы не будете против, если она станет встречаться с немексиканцем.