Дэвид Сэперштейн - Кокон

Сэнди тут же подхватила:

— Не хочешь ли позвонить ему по радиотелефону?

Джудди посмотрела на часы. Было восемь часов вечера.

— Стоит подождать и позвонить после ужина, — она вскинула голову. — Что у тебя в меню?

— Каменные крабы, горчичный соус, салат и… лимонный пирог, — гордо ответила Сэ «ди.

— Ух ты! Ну разве мы не семейство гурманов, — пошутила Джудди, — Я умираю с голода, и это звучит великолепно. — Они все отправились в столовую ужинать.

Сегодняшний дань оказался несколько непохожим на предыдущие дни. Они доставили только три кокона с Камней. Эти коконы немножко отличались от предшествующих тем, что они были чуть больше и с серебристыми куполами в головах и ногах. Амос сообщил, что эти трое были командирами групп. Они не были командующими или такими, как Весякий Свет, Нет Света и женщина, имя которой было Луч, но они имели особую власть и соответствующую подготовку. Их коконы тоже отличались от других. Джек вспомнил первый день, когда Амос разъяснял структуру армии: «В нашей армии был девятьсот сорок один человек, они сражались подразделениями по десять человек, каждое состояло из командира и девяти специалистов. Всего было девяносто таких подразделений. Во главе каждых десяти — командир группы». После швартовки и доставки коконов в комнату с оранжевой дверью Джек ушел, чтобы принять душ и что-нибудь поесть. Не усгтел он снять свои палубные туфли, как ощутил незначительную, боль. Не зная почему, он быстро пошел в комнату с оранжевой дверью. «Что-то не в порядке», подумал он.

«Да», ответил Амос в его мыслях.

«Что», телепатировал Джек.

«По нашему мнению сегодня кто-то побывал здесь», — послал телепатический ответ Всякий Свет Джеку.

Теперь Джек почувствовал, что в комнате тепло, хотя они еще не начинали процедуру, правда, все выглядело нормально: Стена была голубой, из шкафов струился чуть заметный пар, светильники были выключены, но да! в комнате обычно было прохладно до того, как они начинали процедуры. А сейчас в ней было тепло. Амос предположил что это произошло из-за перегрузки электрических сетей. Хал должен бы проверить это. Пока он пошел за испытательными приборами, остальные начали обработку трех коконов командиров группы.

Ничего не было удивительного в том, что в комнате было еще тепло. Четверо мужчин провели там почти весь день и ушли, за час до возвращения антаресцев. Начало эксперимента привело их в трепет, но затем последовали только приятные ощущения, какие этим людям случалось испытывать.

Бен Грин первым заметил, что экран меняет цвет.

— Эй, ребята, посмотрите на стену! Она становится красной! — закричал он из своего шкафа. Арт и Джо лежали под своими светильниками и не хотели открывать глаза. (Джо расположился на центральном столе).

Берни смотрел из шкафа номер шесть.

— Будь я проклят. Может быть, начинается кинофильм? — сказал он. (Разве Бен не говорил им, что это экран?) — Надеюсь, это порнофильмы? — продолжал Берни.

Потом из задней части комнаты раздался крик Арта Перлмана.

— Эй, кто включил подогрев? Здесь становится горячо, как сукину сыну!

— О-о-ой! — завопил Джо Финли. Он спрыгнул с центрального стола. — Я весь горю!

Бен крикнул Арту, чтобы он встал и открыл шкафы.

Арт казался изумленным и отмахнулся от Бена. Бен заорал на него:

— Арт, черт тебя подери! Джо попал в беду.

Арт сел, и светильник над ним выключился. Он какое-то время изумленно оглядывался, но потом, увидев Джо, стоящего на коленях у центрального стола, подбежал к нему. Кожа Джо была совершенно красной, как у вареного рака (под налетом белой золы, покрывающей его.)

Бен опять закричал:

— Выпусти же нас отсюда!..

Арт оставил Джо и открыл шкафы и Бена и Берни. Они выбрались оттуда и встали вокруг Джо Финли, который все еще стоял на коленях, очевидно ощущая боль. Стена стала менять цвет из красного в голубой.

— Эта проклятая стена, должно быть, какой-то вид кварцевой лампы, — сказал Джо, поднимаясь на ноги. — Я себя чувствую, как будто получил дьявольский солнечный ожог.

— Ты в порядке? — спросил Берни. Все были очень озабочены.

— Смешно, — сказал Джо. — Сначала было совсем прохладно под лампой. Потом стена стала красной, и я почувствовал такой жар, как будто кто-то распахнул дверцу топки. Но и это прозвучит странно: он был под моей кожей… я имею в виду жар. Это было так, как будто я горю изнутри.

Пока Джо говорил, Бен ощупывал его кожу. Делал он это неясно, предварительно сметая порошкообразную золу. И вновь зола исчезала, и ни единой песчинки не упало на пол. Бен тронул Джо за руку.