Б. Седов - Валет Бубен

– Меня обидеть невозможно, – сказала Наташа, – а кроме того, Знахарь сказал вам, что мы с ним вместе и он мне полностью доверяет. Вы это слышали или пропустили мимо ушей?

Я смотрел на нее и диву давался. Такой твердой я ее еще не видел. Интересно! Налив водочки, я взял рюмку и, как и Бурлак минуту назад, посмотрел на Наташу другими глазами.

Бурлак улыбнулся тоже, взял рюмку и обратился ко мне:

– Слышь, Знахарь, а девушка твоя – ничего, мне нравится! Выпьем за прекрасных дам!

– А мне она тоже нравится, – ответил я и поднял рюмку.

Наташа уставилась на меня, затем, посмотрев на Бурлака, сказала:

– Представляете, это он впервые сказал мне о том, что я ему нравлюсь. Не прошло и сорока лет! И еще для этого понадобилось ехать в Самару и встретиться с вами. За могучий мужской ум!

И она ловко хлопнула рюмку водки. Мы с Бурлаком заржали, и я сказал:

– Понял?

– Понял, – ответил он.

– Ну, тогда давай.

– Давай. За прекрасных дам! И мы выпили еще.

Дверь в углу зала распахнулась, и на пороге показался официант, торжественно кативший перед собой тележку, на которой было что-то, накрытое сверкающим серебряным колпаком.

– Ага, – оживился Бурлак и потер руки, – это их фирменное блюдо.

– А что именно? – поинтересовался я.

– Сейчас увидишь, – ответил Бурлак, и по его глазам я понял, что нас с Наташей ждет сюрприз.

И, когда официант снял скрывавший горячее блюдо колпак, я увидел…

Да, это был действительно сюрприз.

На просторном серебряном блюде лежал маленький, тщательно сделанный из различных сортов тушеного и жареного мяса, Ленин. Он выглядел в точ-ночти, как в Мавзолее, и даже разложенная вокруг него зелень поразительно напоминала венки, которыми была украшена настоящая мумия, лежавшая на Красной площади в Москве.

Несколько секунд я смотрел на это экзотическое блюдо, выпучив глаза, а потом меня разобрал смех. Наташа тоже захохотала. Бурлак, явно довольный произведенным эффектом, сдержанно улыбался.

Когда мы перестали ржать, он сказал:

– Вот такой сюрпризик. Нравится?

– Нравится, – ответил я. – А после того как мы его съедим, коммунистами не станем?

– Депутаты жрут, и ничего, – ответил Бурлак, – и мы съедим за милую душу Не бойся, не отравимся.

– А я и не боюсь, – ответил я и, схватив нож, оттяпал Ильичу голову и положил ее себе на тарелку.

– А вам какую часть? – спросил Бурлак у Наташи.

– Я знаю, какую ей часть, – ответил я за нее.

– Эту часть сам ешь, – возразила она, – тем более что ее тут и нету. Мне – ножку.

– Были ножки Буша, теперь – ножки Ильича, – засмеялся Бурлак и, отхватив ленинскую ногу, положил ее Наташе.

А я, отрезав кусочек гениальной головы вождя мирового пролетариата, налил всем водки и сказал:

– Ну, за светлое будущее?

– За светлое, будь оно неладно, – подтвердил Бурлак, и мы немедленно выпили.

Через полчаса от Ленина не осталось ни кусочка, и одновременно с этим мы прикончили первую бутылку водки. Бурлак повернул голову в сторону метра, и тут же опустевшая посуда исчезла со стола, а вместо нее появились две полные бутылки водки. Этикетки были мне незнакомы, и, рассмотрев их внимательно, я увидел, что водка называется «Самарская конкретная». Уж не знаю, кому в голову пришло такое дурацкое название, но сама водочка была хороша, ничего не скажешь. Проходила она в организм без задержки, и никаких сивушных ароматов не ощущалось. Нормальная водка.

Первая бутылка уже оказала свое вредное, но приятное, воздействие, и мы, слегка расслабившись, благожелательно поглядывали друг на друга и вообще – культурно отдыхали.

Бурлак закурил и, выпустив в потолок несколько колец дыма, спросил:

– Ну так что, ты все мне рассказал, или имеется еще что-нибудь?

– Что-нибудь обязательно имеется.

– Ну, тогда давай, рассказывай, – сказал Бурлак и поудобнее устроился в кресле.

– Бывший Наташин начальник, тот самый пидар, который поймал ее на крюк и заставил работать на органы, тоже хочет присутствовать на этой встрече.

– А на хрена он нам нужен? – перебил меня Бурлак. – Мы с братвой прекрасно справимся с этими муслимами, без всяких там федералов. Ты получишь своего брата, книга останется у тебя, а этот фээсбешник пусть курит бамбук. И все дела!

– Да нет, Миша, к сожалению, все гораздо сложнее. Этот человек – генерал ФСБ Губанов. И это именно он посадил на крюки и Наташу, и меня, и он выкрал из таежного поселения староверов Алешу, которого теперь нужно спасти от муслимов. А еще он хочет поймать меня, зацепить Наташу и снова схватить Алешу и отомстить ему за неподчинение. И это еще не все. Он ничего не знает про Коран, но знает, что у меня есть деньги, на которые он рассчитывает. Он и эти деньги хочет тоже. Выслушав меня, Наташа добавила: