Ян Блейк - Эгейская компания

В отличие от итальянского корабля с его неумолчным рокотом мощного двигателя машины фрегата работали так тихо, что создавалось впечатление, будто шли под парусами.

– О чем это ты задумался, Тигр? – прошептал Барнсуорт, лежавший на спине рядом с Тиллером на палубе, бездумно глядя в небо.

– Я вспомнил того сумасшедшего макаронника, – ответил сержант. – Хотелось бы знать, зачем он так поступил?

– Ты о Бальбао? Возможно, хотел продемонстрировать истинное мужество итальянцев. Возможно, так ненавидел фрицев, что готов был жизнь отдать ради возможности отомстить. Может, надеялся, что удастся выжить. Может, знал, что без горючего его корабль ничего не стоит, а без корабля, вроде, и он ни к чему. Возможно, было много причин и каждая сыграла свою роль. Почему люди ведут себя на войне так, а не иначе? Меня не спрашивай. Я просто выполняю приказ и стараюсь особо не высовываться.

Такая позиция, по мнению Тиллера, была продиктована здравым смыслом, но ему не подходила. У него как-то само собой получалось, что он всегда оказывался в гуще свалки. Обычно он никогда не переживал и не волновался перед операцией. Не в пример многим своим товарищам, напоминавшим в эти часы и минуты натянутую струну, Тиллер, как правило, расслаблялся, отдыхал душой и телом, но на этот раз явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– На мой взгляд, – продолжал Барнсуорт, – все жители Средиземноморья всегда несколько драматизируют ситуацию, переигрывают. Ты понимаешь, о чем я говорю? К примеру, та греческая девушка...

– Анжелика?

– Да, она. Вначале просто не знала, чем нам помочь, что еще для нас сделать, а потом как в воду канула. И как раз в то время, когда мы без нее не могли обойтись. Мне показалось, Тигр, что ты ей понравился, но это не домешало ей исчезнуть с наших глаз.

– Возможно, она просто выполняла приказ.

– Какой приказ? Чей приказ?

Тиллер уклонился от прямого ответа и сказал:

– Мы со шкипером думаем, что она член какого-то партизанского отряда.

При этом подумал, что теперь он вряд ли сможет выяснить, насколько верны эти предположения.

– Эти парни ни на что не пригодны, – фыркнул Барнсуорт. – Я так понимаю, что они все время только тем и занимались, что резали глотки друг другу. Между прочим, мы так и не узнали, были ли на Сими партизаны.

– Мы их не видели, – согласился Тиллер, – но не видели и немцев, которые уцелели после высадки и скрылись в горах. Возможно, с ними расправились партизаны.

– Может быть, они, а может быть, и нет. Не хотел бы я оказаться на месте тех немцев, когда в горах полно местных жителей, спасающихся от воздушных бомбардировок. Греки презирают макаронников и люто ненавидят фрицев. Думаю, местные и разделались с теми немцами.

– Если, конечно, покончили с ними, – добавил раздумчиво.

К ним подошел розовощекий младший лейтенант, заместитель Денверса, и сообщил, что пора собираться в путь.

– Мы уже почти на месте, и вам нужно быть готовыми, – сказал он.

По правому борту виднелась южная оконечность Лероса, а с левого выступал гористый берег Калимноса. Заместитель Денверса с интересом наблюдал за тем, как Тиллер и Барнсуорт открыли ящик с взрывателями и подобрали окрашенные в тот цвет, который означал, что взрыв произойдет через пять часов.

– А как эти штуки действуют? – спросил младший лейтенант.

– Когда разбиваем ампулу с ацетоном, жидкость проедает прокладку из целлулоида, которая удерживает иглу взрывателя, – пояснил Тиллер. – Чем толще прокладка, тем больше времени уходит на ее проедание и, соответственно, позже происходит взрыв. На самом деле все предельно просто.

– А почему два взрывателя?

Тиллер объяснил, что второй взрыватель для страховки.

– Они очень капризные, – уточнил он, – и в зависимости от температуры воздуха могут сработать раньше или позже назначенного срока.

Из крохотной радиорубки показался радист и сообщил:

– Бейрут только что информировал, что в состав гарнизона на Леросе входят брандербуржцы, и вам посоветуют, если вас окликнет береговая охрана, отвечать: «Патруль брандербуржцев». Может, пронесет.

– Спасибо, – поблагодарил его Тиллер, – будем иметь в виду. А они не сообщили чего-нибудь новенького о ситуации?

– Просто сказали, что там полным полно фрицев, – весело заметил радист. – Удачи вам.

Денвере осмотрел побережье Лероса в бинокль ночного видения и спустя десять минут тихо скомандовал:

– Стоп машина!

Корпус перестал подрагивать, и фрегат закачался на легкой волне.