Виктор Степанычев - Роман с героем

Станислав, оделся, умылся, сварил себе кофе. Потом отправился покурить на балкон, где раньше не появлялся по причинам безопасности. Теперь скрываться не от кого и незачем. Славич, без сомнения, контролирует каждый его шаг. Как он просчитал Стаса и вышел на его съемную берлогу, оставалось загадкой из загадок. И надо отдать ему должное, слежка за ним была организованно великолепно. Станислав не смог срисовать филеров, а ведь он постоянно проверялся.

«Неужели меня сдал Белявский? Все указывает именно на это. Без Белявского Славич не сумел бы найти меня в Москве. Ах, Евгений Серафимович, змей подколодный! Речи сладкие, думы темные... – про себя зло посетовал Станислав. – Доверился подлецу! А если это не Белявский меня слил Славичу? Он же клятвенно утверждал, что Славич ему, как вериги на ногах. Предложение заняться вербовкой для нового Синдиката Евгению Серафимовичу совершенно не в тему. Но кто тогда мог дать на меня наводку? Непонятно. А если Славич имеет свои уши и глаза в «Армаде»? Такой вариант нельзя исключать. Хотя не все ли теперь равно, как этот мерзавец меня нашел. Нет, конечно, сейчас любая информация может выступить в роли спасительной соломинки, но просчитать предателя пока не представляется возможным. Надо смотреть вперед и искать пути вызволения Маши из лап негодяя Славича».

Неожиданно Станислава бросило в пот от страшного, но достаточно реального предположения. А что, если Машу никто не похищал? Вдруг эта девушка не более чем марионетка в руках Горана-Славича и просто талантливо сыграла роль приманки?

Стас опустился в кресло и несколько минут мучительно перебирал в памяти эпизоды их встреч c девушкой, разговоры, вытягивая из глубины сознания все мелочи общения. Однако, как Стас ни старался, он не мог припомнить ни одной фальшивой нотки в голосе Маши, ни одного лживого слова. Талантливой актрисой девушка точно не была. Станислав помнил, как она иногда терялась в разговоре, краснела. И это не было игрой.

Единственной зацепкой, говорящей не в пользу Маши, могло быть великолепное знание английского языка. Стас, в общем-то, неплохо разбирался в данном предмете. Он с детства имел склонность к изучению иностранных языков и работал именно над английским. И это не говоря уже о том, что его подготовка как боевого специалиста подразумевала свободное владение языком туманного Альбиона. Плюс ко всему, Станислав прошел хорошую разговорную практику в период работы в Синдикате и мог без труда по разговору отличить американца или канадца от англичанина. А уж славянский акцент вытравить практически невозможно.

Так вот, Маша разговаривала по-английски не просто бегло, но и без какого-либо акцента, как будто это был ее родной язык. Однако если посмотреть с другой стороны, то не такой уж выдающийся Стас лингвист, чтобы отличить лондонское произношение от йоркширского. К тому же Маша могла обладать исключительными способностями по освоению языков. Это не говоря о том, что она окончила школу с углубленным изучением английского языка и в институте училась именно на инязе. Так что подозревать Машу в связи со Славичем лишь потому, что она хорошо лопочет по-английски, оснований нет.

В общем-то, смысла гадать, кто и почему сдал Стаса, не было.

Ну, узнает он, что это сволочь Белявский слил его Славичу.

Особой пользы от этого нет никакой. Правда, полное отсутствие информации сводило на ноль все его измышления и разработку хоть какого-то плана спасения Маши. О себе Станислав уже не думал. Славич грамотно обложил его, как медведя в берлоге.

Выход один, и тот под пули охотников.

И самое тяжелое было то, что помощи ждать не приходилось. Веклемишева в Москве нет, доверенное лицо генерала без особого рвения относится к просьбам Стаса. И утверждение Славича, что Станислава тщательно контролируют его люди, стоило принять серьезно. Один необдуманный поступок, телефонный звонок, нечаянное телодвижение могут привести к трагическим последствиям.

Стас был в отчаянии. Час времени, отпущенный ему на раздумье, заканчивался, а ему в голову ничего не приходило. Формула бытия упростилась до элементарных величин. Дилемма, вставшая перед Станиславом, призывала к однозначному решению. Или он сдастся Славичу, чтобы спасти Машу, или пожертвует девушкой ради возможности спастись самому. Ни то ни другое его не устраивало.

Бросив взгляд на часы, он понял, что ему на размышления и принятие решения осталось менее десяти минут. После этого...