Виктор Степанычев - Роман с героем

На следующий день после знакомства у Стаса, едва он проснулся, первым позывом было желание позвонить девушке. Станислав с трудом сдержал себя и набрал ее номер лишь ближе к вечеру. Маша сказала, что очень занята и вряд ли они увидятся раньше вечера следующего дня. И встречать ее также не надо, она вернется домой засветло.

Станислав расстроился и, чтобы занять себя, вечер и начало следующего дня посвятил домашним делам. Он перестирал свой нехитрый гардероб, перемыл посуду, накопленную в раковине, и даже затеял генеральную уборку. Последнее, правда, до конца не довел, ввиду полного истощения физических, но, главное, моральных мужских сил.

На следующий день, едва дождавшись двух часов, он позвонил Маше. На этот раз она согласилась увидеться. Девушка могла освободиться не ранее шести вечера, они условились, что Стас встретит ее у станции метро без двадцати семь. Уже в половине шестого он нетерпеливо ждал ее у входа с букетиком цветов. Они дотемна гуляли по городу, говорили обо всем и ни о чем. Станислав с трудом уговорил Машу зайти в кафе поужинать. Расставшись, как и прошлый раз, у подъезда, он, окрыленный и счастливый, словно гимназист после первого свидания, еще долго не мог прийти в себя и найти дорогу домой. Он бродил около ее дома и смотрел на окна, мечтая, что вот-вот в одном из освещенных желтым светом прямоугольников появится ее силуэт...

А потом был еще один вечер и еще один. В общем, Стас понял, что влюбился в Машу окончательно и бесповоротно. Он просыпался с ней и засыпал с ней же. Естественно, не в реальности, а лишь в мечтах. Он не позволял себе с Машей вольностей, да и она не давала к этому поводов. Как-то несовременно все получалось, однако Станислав чувствовал, что его отношения по-другому развиваться не могут с этой светлой и чистой девушкой.

Телефонный звонок застал его в постели. Стас глянул на часы: без десяти восемь утра. Он уже с полчаса как проснулся, но как бы и не совсем, а потому маялся, вставать ему или еще подремать. И дел особых не было, чтобы вскакивать с кровати, и сон толком не шел. В общем, одна сладкая морока, а не утро.

Они вчера с Машей гуляли почти до часу ночи. Расстались как обычно у подъезда. Договорились встретиться сегодня пораньше и поехать в Битцу погулять. День субботний, конец августа, погода чудесная, а Маша освободится от дел уже к полудню. В общем, день сулил сплошные радости.

Телефонный звонок не то чтобы застал Стаса врасплох, однако несколько встревожил. Мария не должна была ему звонить в это время. Она как раз в данный момент, согласно распорядку дня, тряслась в вагоне метро, спеша, как она говорила, «на кафедру». Кроме нее номер телефона Станислава знал только один человек, а именно – Белявский.

«Просто так, справиться о здоровье или пожелать доброго утра, Евгений Серафимович звонить не будет. Видимо, на него, наконец, вышел Славич. Неужели началось? Не вовремя-то как! Если придется срочно срываться, что сказать Маше?» – мысленно прокачал ситуацию Станислав, пока тянулся к телефону, лежащему на прикроватной тумбочке.

– Алло! Я слушаю, – включив телефон, негромко произнес Стас.

– Привет, Алан! Я тебя не разбудил? – чуть насмешливо поинтересовался мужчина, чей голос Стасу был так хорошо знаком. – Ты не забыл свое прозвище или к тебе лучше обращаться по имени?

Псевдоним Станислава, под которым он работал в Синдикате, знали немногие. Но даже если бы этот человек и не назвал его Аланом, он узнал бы его голос среди тысяч других голосов.

– Привет, Горан, – справившись с накатившим на него волнением, откликнулся Станислав. – Как хочешь, так и обращайся. Что тебе надо?

– Ты, я слышу, совсем не рад старому знакомому? Ведь мы с тобой столько пережили. Как говорят у вас в России, не один пуд соли вместе съели.

– Да подавился бы ты той солью! И кровушкой, которую пролил безмерно, захлебнулся бы, вампир проклятый! – несколько эмоционально, но без истерики, отреагировал Стас на слова Славича.

Он полностью контролировал себя, и пламенная речь была лишь констатацией его отношения к этому мерзавцу.

– Так и ты не без греха, – спокойно парировал слова бывшего напарника Славич. – На тебе, что ли, крови нет?

– Я мирных хорватов не убивал, Гаагский трибунал по мне не рыдает. И Синдикат киллеров не я создавал, – зло бросил Станислав и вновь спросил: – Что тебе надо? Хочешь меня замочить? Давай встретимся, посмотрим, кто кого. В Тулузе в гостинице один на один у нас не получилось схлестнуться, так давай сейчас потягаемся. Ах, я же забыл, ты привык на врагов только в оптический прицел смотреть. Или из-за угла бить наверняка.