Виктор Степанычев - Роман с героем

В день приезда Станислава никто не потревожил. Ему позвонили рано утром, сразу после пяти. Спросонья услышав незнакомый мужской голос в трубке, Стас несколько встревожился. Однако настороженность прошла, уступив место вниманию, едва он услышал имя Алан. Незнакомец приказал Станиславу срочно выдвигаться на железнодорожный вокзал и садиться на первую утреннюю электричку в южном направлении на Фастов – Мироновку.

Дополнительные инструкции он получит, уже находясь в пути.

Сборы были скорыми. Ополоснув лицо под краном, Стас хлебнул из бутылки минералки, подхватил сумку с нехитрым скарбом и отправился на вокзал.

Электричка двинулась в путь точно по расписанию. Стас внимательно оглядел вагон, пытаясь определить, кто его сопровождает. Никого не высмотрев, он отвернулся к окну.

На Станислава неожиданно накатила апатия. Не все ли равно, кто его ведет и какое задание ему придется выполнить. Он был готов на все, лишь бы Славич с компанией освободил из плена Машу. Но именно в этом Стас не был уверен. Негодяй Славич мог и не сдержать своего слова, если это было ему невыгодно. Но что мог поделать Станислав, кроме того, как согласиться на все условия Здравко?

Ему придется убить одного человека, чтобы спасти другого. Подобная мысль опустошала Стас. Он понимал, что, даже если эта история закончится благополучно для Марии, он уже никогда не сможет вернуться к ней, наладить прежние отношения. Между ними будет стоять непреодолимая преграда в образе пролитой крови. И совершенно безразлично, кто будет жертва – безвинный человек или зверь в его образе. Просто Стас перешагнет некий рубеж, из-за которого уже не будет возврата.

Он внутренне застонал, захлебнувшись в собственном бессилии.

Похоже, эта горечь отразилось и на его лице. Пожилая женщина, сидевшая на скамейке напротив него, жалостливо по-украински обратилась к Станиславу.

– Що, сынку, тоби немочно? Може, водички дать?

Перевода не потребовалось. Правда, чтобы ответить, пришлось применить фантазию.

– Не тревожьтесь, тетенька. Это у меня зуб еще с ночи побаливает.

– Ой, колы зуб болыть, це так погано. Так у мэне таблетки е, аспирин.

– Нет, спасибо, обойдусь. Как только до дома доберусь, так сразу к врачу пойду. Сейчас пойду, покурю в тамбуре, может, легче станет.

Выкуренная сигарета не принесла ему облегчения, но помогла несколько прояснить обстановку. Стас стоял в тамбуре в одиночестве и курил, отвернувшись к окну. Отъехавшая по полозьям вагонная дверь известила, что полку курильщиков прибыло. Однако предположение это было ошибочным. Появившегося в тамбуре человека курение не интересовало.

– Не оборачивайся, Алан, – послышался за спиной негромкий мужской голос. – Слушай меня внимательно. Едешь до станции Белая Церковь. Это примерно еще около часа ходу. Усвоил?

– Станция Белая Церковь, – автоматически повторил Стас.

– Выходишь из здания вокзала через центральный вход. Перед тобой – привокзальная площадь. Пересекаешь ее по прямой и далее идешь вниз по улице. Заблудиться там трудно. На первом же перекрестке поворачиваешь налево и наблюдаешь справа у тротуара припаркованную красную вазовскую «шестерку». На номере цифры 7005. Машина не заперта. Садишься на водительское место за руль и ждешь.

– Центральный вход вокзала, прямо через площадь, улица, идущая вниз, первый перекресток налево, красная «шестерка», номер 7005, – скороговоркой перечислил ориентиры Станислав.

– Верно, – коротко подтвердил неизвестный. – Дальнейшие инструкции получишь в машине.

– Все понятно, – сказал Стас, однако его слова заглушила хлопнувшая дверь, ведущая в соседний вагон.

Оставшись в одиночестве, так и не обернувшись, он докурил сигарету и вернулся на свое место.

– Ну, як тоби, сынку? – заботливо спросила украинская тетушка. – Все болыть зуб?

– Немного лучше стало, – бодро доложил Стас. – Сейчас подремлю, может, совсем пройдет.

Он прикрыл глаза, однако ни о какой дреме речь не шла.

Станислав просто не желал привлекать к себе лишнего внимания, да и общаться сейчас с кем бы то ни было ему не хотелось.

Про себя он отметил, что сопровождающие его люди работают достаточно грамотно. Он не мог срисовать за собой слежку, а ведь его вели от самой Москвы. Было удивительно, когда успел Славич набрать команду профессионалов. Кстати, даже краткое общение с этими людьми навело Стаса на некоторые соображения. У того мужчины, с которым Станислав только что общался в тамбуре, прослушивался явный мягкий украинский говор. Очень даже возможно, Славич свил себе гнездо на Украине, а точнее, если следовать национальным лингвистическим канонам – в Украине.