Б. Седов - Без Веры

– Вот так. Теперь будешь жить здесь. А я буду ходить к тебе в гости. Мразь!

Он с трудом перебарывал в себе этот соблазн почти двое суток и все-таки под самый конец не сдержался, не сумел пересилить себя и напоследок неуклюже попытался двинуть меня кулаком в солнечное сплетение. Чересчур неумело, слишком медленно. Я успел отклониться назад и ослабил удар настолько, что не почувствовал его, но потерял равновесие и с шумом раскинул кости по деревянному полу. И сразу же приготовился к тому, что сейчас встану и просто забью ногами эту толстопятую паскуду Виталия Чечева. Плевать я хотел на то, что кум продолжает держать в руке пистолет; что он, как только поймет, что его преданному холопу приходит конец, откроет огонь; что он, как минимум, прострелит мне коленную чашечку. Сейчас все мысли у меня в голове затмила одна: прикончить Чечева и устроить куму неизлечимый геморрой – пусть поломает башку над тем, как объяснить высоким начальникам, при каких обстоятельствах у него дома погиб его подчиненный.

О том же, наверное, подумал и Анатолий Андреевич. Сомневаюсь, что его заботила целость моих ребер, но дальнейшая судьба неразумного прапора, решившего поиграть с огнем и потягаться со мной в спарринге, кума обеспокоила.

– Виталий, отставить! – рявкнул он так, что в картонной коробке испуганно звякнули склянки с тосолом и присадками к маслу. – Ко мне! Идиот!

Я сидел на полу и с сожалением наблюдал за тем, как, – действительно, идиот – Чечев был вынужден подчиниться и оставить меня в покое.

– Анатолий Андреевич, в чем дело? Скота надо лупить, чтобы знал свое стойло. Чтобы не пялил дерзко на нас свои поганые зенки. – До придурка так и не дошло, что начальник сейчас уберег его, как минимум, от инвалидности.

– Угомонись. – Кум состроил на роже неприязненную гримасу. – Пошли лучше поищем этому герою какую-нибудь подстилку. Мне совершенно не улыбается, чтобы он отморозил себе потроха и сдох раньше времени. Бери коробку со всей этой химией.

Они погремели замком, запирая за собой гаражные ворота, и все вокруг погрузилось в вязкую, давящую на психику тишину. Хорошо хоть эти козлы оставили свет.

Я уселся на пол, опершись спиной о кирпичную стену, и еще раз осмотрелся. Пустые полки, редкая обрешетка из дюймовых досок, крытая шифером крыша. Если б не цепь, то разворотить ее можно было бы без особых усилий. Правда, при этом я устроил бы такой тарарам, что на него прибежал бы не только кум, но и все жители Ижмы. Да и какой смысл валить через крышу, когда после этого все равно некуда деться. Надо ждать лета, а пока неторопливо и тщательно готовить побег. Надо найти способ связаться с братвой, надо подготовить оружие и провиант, надо найти проводника. Эх, Комяк-Комяк, и где ж ты сейчас?!

Я встал и тщательно осмотрел свою цепь. Длинной метра в четыре, она давала мне определенную свободу передвижений. Хотя, какой свободой передвижений можно назвать «два шага налево, два шага направо, шаг вперед и три назад» по наглухо запертому гаражу, когда проклятая цепь не позволяет даже вплотную подойти к выходу? Я внимательно обследовал звено за звеном и убедился, что здесь без напильника мне ловить нечего. Цепь новая и сработана на славу. Она вполне бы сгодилась для буксировки груженого «Белаза». Лучше даже не напильник, а универсальный ключ для стандартных ментовских наручников. Дело за малым – найти того, кто сможет все это мне передать. Анжелика? Кристина? Только кто-то из них. Других подходящих кандидатур я не видел. Да и эти красавицы – мама и дочка – не пробуждали во мне особо радужных надежд. Неизвестно еще, насколько глубокий след оставило в их душах то, как я обошелся с ними в последний раз. Жаждут мести? Закипают при одном упоминании обо мне? Или все уже позади? Черт его знает! Увижу при встрече. Если кум ее допустит когда-нибудь.

Загремел замок о железные гаражные ворота, одна из створок тяжело отодвинулась в сторону, и в гараж, держа в охапке ворох тряпья, ввалился кум. Следом за ним с полосатым матрацем и мятым ведром протиснулся Чечев.

«Интересно, – отметил я. – А ведь второй прапор куда-то свалил. Выполнил свою работу, сопроводив меня от Минвод до Ижмы, а во все остальное Анатолий Андреевич с Виталиком Чечевым, похоже, решили его не посвящать. Как только приехали, отправили парня домой. И правильно поступили. В непростом деле захвата заложников и рабовладения лишние свидетели ни к чему».

– Как ты тут? – ухмыльнулся кум. – Не соскучился?